О ЛЮДЯХ/МАКАРЕНКО


© www.pechora-portal.ru, 2002-2006 г.г.
© Этот текст форматирован в HTML - www.pechora-portal.ru, 2006 г.
 

 
Антон Семенович Макаренко
 


 

   Макаренко Антон Семенович (1/13.03.1888-1.04.1939), педагог, писатель.
   В юности учительствовал на Украине. По окончании Полтавского учительского института (1917) заведовал железнодорожным и городским училищами. С 1920 руководил трудовой колонией для несовершеннолетних правонарушителей (до 1926 близ Полтавы, с 1926 переведена под Харьков). В 1927 организует детскую трудовую коммуну им. Дзержинского, где работает до 1936. В 1936 возглавляет колонию им. Горького под Киевом. В 1937 переезжает в Москву, где занимается литературной работой.
   В труднейших условиях хозяйственной разрухи разработал и воплотил систему воспитания педагогически запущенных, социально и нравственно искалеченных детей, жертв войн и социальных бедствий. В основе педагогики Макаренко — теория воспитательного коллектива, формирующего нормы и стиль жизни в детской среде.
    Макаренко выступал против использования для детей элементов тюремного режима в пользу усиления производственного уклона и общевоспитательных методов. В отношениях с воспитанниками придерживался принципа: “Как можно больше требований к человеку и как можно больше уважения к нему”.
    Основные литературно-художественные произведения писателя:
   "Педагогическая поэма", "Марш тридцатого года". "Флаги на башнях", "Честь", "Книга для родителей".
   "Педагогическая поэма" — широко известное и наиболее значительное произведение Антона Семеновича Макаренко, "самая дорогая" его книга, как он называл ее в письмах к А. М. Горькому. "Педагогическая поэма",— писал он,— это поэма всей моей жизни, которая хоть и слабо отражается в моем рассказе, тем не менее представляется мне чем-то "священным" (письмо к А. М. Горькому от февраля 1935 года).
    Созданию этого произведения Макаренко отдал десять лет своей жизни, десять лет упорного труда (1925—1935 гг.). В процессе работы замысел "Педагогической поэмы" претерпел серьезные изменения. Будущая книга мыслилась писателю то как психологический роман с личностью автора-повествователя в центре и даже значительной ролью любовной интриги, то как "педагогический памфлет", направленный против псевдонаучных теорий воспитания и прежде всего против педологии. В окончательном варианте "Педагогическая поэма" представляет собою замечательное художественное произведение, раскрывающее принципы коммунистического воспитания молодежи в новом обществе, произведение, герой которого уже не столько отдельная личность, сколько целый коллектив.
   Огромную роль в том, что книга А. С. Макаренко увидела свет, сыграл А. М. Горький, который внимательнейшим образом следил за работой писателя, подбадривал его в минуты сомнений, помогал добрым советом. Понимая всю важность книги и как художественного произведения и как своего рода "учебника" для многих сотен советских педагогов, Алексей Максимович в многочисленных письмах к Макаренко высказывает постоянную озабоченность состоянием его работы, требует ее продолжения, торопит с ее окончанием, дает ей самые высокие оценки. Так, в письме от 2 сентября 1933 года, Горький, получивший от А. С. Макаренко часть книги, пишет: "...на мой взгляд "Поэма" очень удалась Вам. Не говоря о значении ее "сюжета", об интереснейшем материале, Вы сумели весьма удачно разработать этот материал и нашли верный, живой, искренний тон рассказа, в котором юмор Ваш — уместен как нельзя более... Рукопись нужно издавать". Великий писатель тревожится, что постоянная занятость, заботы, связанные с огромной и сложной работой в колонии, не дают Макаренко сосредоточиться на литературных занятиях: "...огорчен тем, что вторая часть "Педагогической поэмы" Вашей "подвигается медленно". Мне кажется, что Вы недостаточно правильно оцениваете значение этого труда, который должен оправдать и укрепить Ваш метод воспитания детей... Убедительно прошу Вас — напрягитесь и кончайте вторую часть "Поэмы". Настаиваю на этом не только как литератор, а — по мотиву, изложенному выше" (июнь 1934 года). Наконец, по поводу третьей, заключительной части книги Горький пишет: "...третья часть "Поэмы" кажется мне еще более ценной, чем первые две... Хорошую Вы себе "душу" нажили, отлично, умело она любит и ненавидит... Ну — что же? Поздравляю Вас с хорошей книгой, горячо поздравляю" (8 октября 1935 года).
   Первая часть "Педагогической поэмы" была впервые опубликована в 1933 году, в книге 3-й Альманаха "Год XVII", вторая часть — в 1935 году, в книге 5-й Альманаха "Год XVIII" и третья часть — в 1935 году в книге 8-й Альманаха "Год XVIII".
   Вслед за публикацией в Альманахе части "Педагогической поэмы" в течение 1934—1937 годов дважды выходили отдельными изданиями в ГИХЛе, а в 1937 году ГИХЛ впервые выпустил книгу Макаренко в составе всех трех ее частей. Это было последнее прижизненное издание "Педагогической поэмы". Сопоставление текстов прижизненных изданий книги свидетельствует о том, что писатель не прекращал работы над поэмой до 1937 года, он изменял названия отдельных глав, производил сокращения и стилистическую правку и т. д.

 

    Современный взгляд на Макаренко в изложении Вячеслава Румянцева.

    Система воспитания (а не только так называемого перевоспитания малолетних преступников), созданная А.С. Макаренко на самом деле выходит за рамки советской коммунистичекой педагогики, а также за пределы собственно педагогического опыта. По сути дела в своих коммунах Макаренко начал создавать альтернативную общественную структуру, которую он прикрывал словесной мишурой коммунистического воспитания. На деле это была не социалистическая в тогдашнем уровнительном смысле общественная система, а, наоборот, комерциализированная. Коммунары производили электрооборудование и фототехнику по австрийской и немецкой технологиям, получая своим трудом немалый доход, которым делились с государством.
   Выплаты государству с детского труда Макаренко, видимо, рассматривал как своеобразные "откупные", необходимые для того, чтобы ему не мешали выстраивать собственную систему. Ничего коммунистического по сути в предпринимальской деятельности его предприятия не было. Скорее, это была модель акционерного общества с участием (хотя и не оформленном юридически) на паевых началах всех работающих. Подобная модель организации производства в западных странах стала широко практиковаться только после второй мировой войны и дала положительный эффект в плане личной мотивации сотрудников, которые были не только работающими по найму за зарплату, но и совладельцами.
   В условиях жесткой цензуры тридцатых годов А.С. Макаренко смог изложить все основные положения своего педагогического и социального учения, маскируя его биллетристической формой изложения. Книги увидели свет с минимальными правками благодаря личному участию А.М. Горького, который, без сомнения, понял, с кем и с чем он имеет дело, а потому всерьез говорил о художественной ценности книг А.С. Макаренко. Можно предполагать, что великий писатель не мог не видеть литературной беспомощности автора педагогических книг. Однако же он протежировал их издание.
   Советский государственный аппарат (но не весь и не сразу, например, НКВД поддерживало инициативу как полезную для выполнения прикладной задачи борьбы с беспризорностью), также раскусил суть учения Макаренко и принялся целенаправленно выдавливать педагога из системы образования, что в конце концов ему удалось.
   В условиях тоталитарного идеологического контроля остатки воспитательной системы Макаренко также были уничтожены. Его ученики продолжали нести в себе его учение и даже применяли отдельные элементы на практике, но в сложившейся системе образования не осталось места для главного элемента системы Макаренко для первичного коллектива, сплоченного не призывами истеричных классных дамочек, а РЕАЛЬНЫМ ДЕЛОМ, таким, как настоящее выскотехнологичное производство (а не собирание бумажек возле здания школы).
   В настоящий момент, после преобразования экономики России на рыночных принципах, появилась возможность возродить модель воспитания Макаренко как воспитательную систему. Однако эта система по-прежнему остается несовместимой с действующей в стране системой образования.

 

вернуться