ЛЮДИ ГОРОДА ПЕЧОРА И РАЙОНА


© www.pechora-portal.ru, 2002-2006 г.г.
 
 

Вольдемар Львович Бабиков

 

   Звание почетного гражданина г. Печора, Вольдемару Львовичу Бабикову присвоено в год 300-летия Российского флота.
   Родившийся в припечорской деревушке, выросший в Щельяюре, Вольдемар Бабиков, как сам вспоминает, не мечтал об иной жизни, кроме жизни речника.
   В 1944 году заканчивает Щельяюрское ремесленное училище и с тех пор до самого выхода на пенсию вся трудовая биография связана с рекой, вся жизнь — на судах речного пароходства.
    Уже в конце сороковых и в начале пятидесятых молодой специалист выходит в рейсы в качестве второго, а затем и первого помощника капитана пароходов «Лев Толстой», «Щорс», «Кожва», «Свирь». Водит суда и учится. В 1954 году с отличием заканчивает Велико-Устюгское речное училище, а в 1966 — и Печорское речное училище.
    Навигацию 1967 года Вольдемар Бабиков начинает в качестве капитана только что спущенного на воду первенца грузового палубного 800-сильного теплохода проекта Р-40 «Василий Батманов», построенного за удивительно короткий (за год) срок руками печорских судостроителей. «Василий Батманов» становится флагманом на Печоре. Экипаж под руководством В.Л. Бабикова на протяжении многих навигаций показывает образцы высококлассного труда, большой согласованности и крепкой дисциплины. Ежегодно первым рапортует о досрочном выполнении плана перевозок.
   Вольдемара Бабикова знают в Припечорье как образцового, настоящего капитана. Капитана с большой буквы.
    В 1966 году Указом Президиума Верховного Совета СССР Вольдемар Бабиков награжден орденом Трудового Красного Знамени, в 1971 — орденом Ленина.
     Еще в 1964 году ему было присвоено почетное звание «Заслуженный работник народного хозяйства Коми АССР». О признании мастера-речника свидетельствуют и знаки — «Лучший штурман Министерства речного флота», «Лучший капитан Министерства речного флота».
   Вольдемар Львович Бабиков избирался депутатом Верховного Совета Коми республики. Был участником четырех съездов профсоюзов морского и речного флота. На протяжении десяти лет избирался сначала кандидатом, а потом и членом ЦК профсоюза работников морского и речного флота.
    Живет в Печоре.
   Река всегда красива и неповторима: то своей суровостью и буйным нравом, то величавым спокойствием, когда кажется, что вокруг простирается огромное зеркало, отражая в себе высокое небо и белые барашки облаков. У воды стоял мальчик лет семи. Он бросал в речку камушки, стараясь как можно больше «спечь блинов». Но они, ударившись о воду и подпрыгнув, тут же тонули. «Папа, почему даже самый маленький камушек тонет в реке, а пароход вон какой большой, но на воде держится и плывет?» — спросил у отца парнишка. «Пароход так устроен, чтобы плавать... Вот станешь большим, тогда все поймешь», — сказал отец.
   Время и место формирует человека, готовит его к жизни. Если бы все оставалось так, как было десятилетиями, то, может, семья Бабиковых жила бы в усть-цилемской деревне, занималась там крестьянским хозяйством. Однако жизнь потекла по-другому. В середине 30-х годов Бабиковы переехали в Щельяюр. Отец — Лев Иванович, был назначен агентом по топливу. В то время пароходы работали на дровах, и обеспечение ими транспорта являлось первоочередной задачей. Семья поселилась в одной из комнат речного павильона, стоявшего на самом берегу реки. Рядом причаливали или отходили суда. С утра до позднего вечера слышались гудки, шлепанье о воду колесных плиц. Иногда отец брал сына с собой, когда отправлялся по рекам Ижме и Печоре для проверки дровяных складов. Мальчишка рано подружился с рекой.
   Когда началась война, Вольдемару Бабикову было четырнадцать лет. Отца вскоре призвали в армию. Уходили на фронт и другие мужчины. Их места у станков и штурвалов занимали женщины и подростки. Вольдемар пошел учиться в Щельяюрское ремесленное училище на судоводительское отделение. Учился два года. Летом проходили практику на пароходах, а в межнавигационный период учились. В группах занимались юноши и девушки. Преподавали технические дисциплины и руководили практикой опытные речники. Среди них были и женщины.
   Мастером производственного обучения на судоводительском отделении работала Александра Никифоровна Иноземцева. Она хорошо знала штурманское дело и, как говорили речные волки, даже некоторым специалистам мужчинам могла дать фору в сто очков вперед. В навигацию она обычно занимала на пароходе должность первого штурмана. Весной 44-го А.Н. Иноземцеву направили работать на пароход «Красноармеец». В экипаже в основном — девчата. Мужчин было трое. Они занимали командные посты. Александра Никифоровна договорилась в училище, чтобы взять в плаванье двух учащихся-практикантов — Вольдемара Бабикова и Алексея Канева. «Ребята надежные. Пусть в деле притираются», — говорила она. — В сентябре у них выпуск».
   В тот рейс пароход «Красноармеец» вел вниз по реке караван барж. Течение помогало буксиру. Ход был хороший. Но вдруг громкий стук потряс корпус: он задрожал. Что же произошло? Выяснилось, что оборвался шатунный болт, и, сорвавшись с «привязи», шатун пробил корпус. В пробоину хлынула вода. Включили насосы. Однако они не успевали откачивать воду, и она быстро прибывала: судно стало тонуть. Поднялась паника. Некоторые члены экипажа начали перебираться на баржи. Женские голоса сливались с тревожными гудками парохода, и эти леденящие душу звуки разносились над Печорой.
   И мало кто тогда знал, что четыре смельчака — капитан, механик, практиканты Вольдемар Бабиков, Алексей Канев — находились в чреве судна и продолжали борьбу за его живучесть. А.Н. Низовцева вместе о некоторыми женщинами подносили в машинное отделение матрацы и другие вещи. Учащиеся-практиканты под руководством капитана, стоя уже по пояс в воде, заделывали пробоину. Когда все увидели, что вода убывает, а насосы напряженно продолжали откачивать ее за борт, стало ясно: плавучесть судна сохранена. Шедший навстречу пароход взял аварийное судно на буксир и отвел в Щельяюр. А через три месяца в училище состоялся выпуск.
   Первую самостоятельную навигацию Вольдемар начал в победном 1945 году на пароходе «Лев Толстой». За четыре года он шаг за шагом прошел на этом судне путь от матроса до помощника капитана. Вольдемар понимал, что ему не хватает теоретической подготовки. Поэтому, когда суда вставали на зимовку, он несколько лет подряд занимался на отделении стажистов речного училища. А позже окончил вечерне-заочное судомеханическое отделение. Практику курсанты проходили под руководством опытного наставника Василия Ивановича Большакова.
   Даже имея уже диплом о среднетехническом образовании, Вольдемар Вабиков оставался верен своему принципу: учиться надо всегда. Он просился у руководства на работу туда, где можно почерпнуть что-то новое, приобрести побольше опыта, чтобы потом добиваться хороших результатов. Хотелось водить плоты (а это — искусство), и он добился, что его назначили 1-м помощником капитана парохода «Кожва». Вначале водили плоты объемом 3-5 тысяч кубометров леса, а потом и по 10 тысяч. Но жизнь тоже не стояла на месте. В начале 50-х годов в пароходство стали поступать суда с дизельными установками. Появилась хорошая возможность для совмещения профессий, а следовательно, и для сокращения численности экипажа. И снова Вольдемару захотелось подучиться. Попросился поработать на 300-сильном теплоходе «Скумбрия» в любой должности. Назначили помощником капитана.
   В то время механиком на «Скумбрии» работал Геннадий Соловьев — парень бойкий, можно сказать, огонь. Он горел на работе сам и зажигал других. Так вот, Соловьёв натаскивал Бабикова по механической части — теории, уходу за двигателями и вспомогательными механизмами, а Бабиков Соловьева — по судовождению, спецлоции, вопросам прохождения перекатов. Позже Геннадий Григорьевич Соловьев стал хорошим экономистом и плановиком в Печорской РЭБ. И поэт он в городе известный. Пишет лирические стихи. Более двухсот подобрал для сборника, который снится ему давно. Читал я эти стихи. Хорошие. Они написаны душой и сердцем. Такой вот бывает крутой поворот в жизни...
   Осенью 1955 года Вольдемар Бабиков был назначен капитаном «Скумбрии». Плавал на ней несколько лет, совмещая свою работу с должностью помощника механика. С тех пор совмещение профессий на судах речного флота стало правилом. Например, на флагмане — пароходе «Щорс» — до 1961 года экипаж насчитывал 23 человека, а позже сократился до 15. Четыре года В. Бабиков был капитаном крупнейшего на Печоре судна «Щорс». А потом семь лет отдал другому речному богатырю, еще более сильному флагману Печорского пароходства — теплоходу «Василий Батманов». Этот палубный грузовой теплоход строили на верфи Печорской РЭБ. Прорабом был выпускник Института инженеров водного транспорта Валентин Николаевич Потехин; капитаном — Вольдемар Львович Бабиков и механиком Борис Михайлович Петров. Все понимали, что им поручено очень важное и ответственное дело. Таких судов на ремонтно-эксплуатационной базе никогда не строили: его длина 76 метров, ширина — 14, высота — 10. Мощность — 800 лошадиных сил. Грузоподъемность — 800 тонн. При необходимости он может взять полную загрузку да еще дополнительно толкать груженую баржу. Хлопот с постройкой флагмана было немало: чертежи сырые, иногда что-то не стыковалось, приходилось переделывать в процессе работы. И все-таки печорские судостроители выполнили заказ, и теплоход был сдан в эксплуатацию в срок. О трудовых делах его экипажа рассказывалось не раз.
   Заслуженный работник народного хозяйства Коми АССР Вольдемар Львович Бабиков за трудовые успехи награжден орденами Ленина, Трудового Красного Знамени, медалью «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина». Его имя занесено в Книгу трудовой славы Коми АССР. Много им пройдено по речным магистралям за двадцать пять лет, много пришлось испытать, пережить, осилить. Вот ещё один случай.
   Произошло ЧП. Даже старожилы, знавшие Печору более тридцати лет, не помнят такого. Еще минувшим утром ничего не предвещало беды. И то, что под вечер пошел снег, никого не удивило — обычное явление для этих времен. А ночью сурово дохнул Северный Ледовитый океан. Пошла шуга вместе с липким снегом, плотно набивая перекаты, преграждая путь сорока самоходным и несамоходным судам Печорского пароходства. В бедственном положении оказался и флагман пароходства теплоход «Василий Батманов», где был капитаном В. Л. Бабиков. В район нахождения судов немедленно выехали руководители пароходства, чтобы решить сложную задачу: оставить флот на случайную зимовку или пробиваться через четыре переката, каждый из которых уже забит льдом.
   На теплоходе собрался совет. Спорили, доказывали. Большинство капитанов решило твердо — пробиваться!
   12 дней продолжалась ледовая эпопея, 12 дней люди работали, не считаясь со временем.
   Участник ледового рейса первый штурман теплохода «Василий Батманов» Владимир Вобленко так рассказал о тех днях:
   — Наш капитан Вольдемар Львович Бабиков сутками не выходил из рубки. Судно шло во главе каравана, и это накладывало на экипаж особую ответственность. Вахты длились сутками. Приходилось по первому требованию идти на выручку другим судам. На четвертый день стали подходить к концу продовольственные запасы. На камбузах учитывался каждый грамм хлеба. И тогда на помощь речникам пришли авиаторы — на вертолетах доставили все необходимое.
   На одном из перекатов, зажатый со всех сторон льдами, встал теплоход «Василий Батманов». И снова собрался совет, слышались голоса, что теплоход надо оставить.
   Но не бросили теплоход. Больше 36 часов работали люди, очищая теплоход ото льда. Вверх пошли все вместе. Все суда возвратились в затоны на зимний отстой...
   Подобных испытаний за многие навигации было немало.

 

Из материалов опубликованных на нашем сайте.
Составитель - Игорь Дементьев, 2005 г.
 

 
вернуться