КНИГИ О ГОРОДЕ ПЕЧОРА/МИХАИЛ ПЫСТИН/ПЕЧОРА


© www.pechora-portal.ru, 2002-2007 г.г.
© Этот текст форматирован в HTML - www.pechora-portal.ru, 2003 г.
© web-адаптация, оформление - Игорь Дементьев, 2003 г.
 
 
Михаил Степанович Пыстин
ПЕЧОРА
 

Печора. 2 - е издание, переработанное и дополненное.
 © Коми книжное издательство. Сыктывкар. 1979

Художник А.В. Мошев.
Редактор М.М. Леканова. Художественный редактор В.Б.Осипов.
Технический редактор И.Г.Цивунин. Корректоры Э.С.Грегер и З.А.Габова. Тираж 15 000 экз. Цена 39 коп.
 

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10  11

 

Книга представляет собой очерк о городе Печоре,
который за последние годы превратился в крупный транспортный узел на
Северо-Востокеевропейской части СССР,
стал базой для изучения и открытия подземных богатств Большеземельской тундры.
 

СОДЕРЖАНИЕ

К ЧИТАТЕЛЯМ ...... .3

ПУТЬ ЧЕРЕЗ ВЕКА .... 5

РАССВЕТ НАД ПЕЧОРОЙ . . 26

МЕЧТА СБЫЛАСЬ ..... 47

ТРАНСПОРТНЫЙ УЗЕЛ ... 75

С ШИРОКИМ РАЗМАХОМ . . 97

ГЛАВНАЯ ЛИНИЯ ..... 123

ШАГИ В БУДУЩЕЕ .... 140

 

К ЧИТАТЕЛЯМ

   Любуются люди Печорой, слагают о ней песни. Величава она летом серебристой гладью; спокойна зимой, скованная метровой толщиной льда; сказочно красива, неописуемо могуча и раздольна в период весеннего половодья; изумляет пурпурными берегами осенью в период листопада.
   Общая протяженность ее 1809 километров. Шумно и бурливо начав свой бег на западных склонах Урала, она уверенно, с широким размахом, пересекает северо-восточную часть Коми республики и Ненецкий автономный округ, прорезая вековые таежные дебри и просторы Болыиеземельской тундры, жадно облизывая скалистые берега и сонливо обходя песчаные отмели, местами отражая в себе седые отроги Урала, и вливается в Северный Ледовитый океан.
   По водности она, вобрав в себя по пути стоки десятков рек и сотен речушек, намного больше Северной Двины, почти в два раза больше Днепра, более чем в четыре с половиной раза больше Дона. Печора ежегодно несет в Северный Ледовитый океан около 120 кубических километров воды.
   Печора-река, Печора-матушка, Печора-кормилица, Печора-труженица, красавица Печора, мать Печора Океановиа, Печора
золотые берега... Так ласково величают нашу большую северную реку, которая на своем берегу через многие тысячи лет породила город, названный в честь ее тоже Печорой. И прежде чем начать наш очерк о современном городе на Севере, мы поведаем вам о матушке-Печоре, великой северной реке, об истории поселившегося здесь народа, расскажем о дерзаниях энтузиастов-одиночек, пытавшихся «озарить богатства здешней пустыни», о драматических событиях гражданской войны и первых годах Советской власти.

 

ПУТЬ ЧЕРЕЗ ВЕКА

 

„Придет ли пора, когда жизнь промышленная озарит богатства здешней       пустыни и богатства эти принесут пользу человечеству ?
 Впрочем, на все есть пора: рано ли, поздно ли, а придет она".

                                                                                                                                   В.Н.ЛАТКИН.

(Из «Дневника путешествия на Печору в 1840 и 1843 годах».)

 

   НА ПЕЧОРЕ люди жили с давних времен. Археологические раскопки в середине 1960 года в районе д. Бызовой, что выше г. Печоры на 28 километров, позволили ученым доказать, что отдельные поселения были уже примерно семьдесят тысяч лет тому назад. Исторические же документы дают возможность проследить жизнь в Печорском крае с одиннадцатого столетия.
   Печорская земля с ее огромными лесными массивами, обилием пушных зверей, птиц и рыбы, несметными полезными ископаемыми и загадочными реками издавна привлекала внимание таежных следопытов, смелых и настойчивых предпринимателей. Как гласит запись в летописях, еще в 1096 году новгородец Гюрята Рого-вич посылал своего сына на Печору, а оттуда в Югру, дающих дань Новгороду.
   Летописец Нестор записал для потомков рассказ сына Гюряты Роговича новгородца о его пребывании на Печоре и в Югре.
   Великий московский князь Иван Калита в 1330-х годах посылал ватаги своих сокольников на Печору для ловли охотничьих птиц, он же платил дань Золотой орде печорскими мехами.
   В 1364 году мужественные новгородцы на лодках по Печоре и ее притокам месяцами добирались до Оби и Камы, чтобы попасть в сказочно богатую Югру.
   В 1491 году при великом князе Московской и веся Руси Иване III из Москвы была направлена целая экспедиция во главе с Василием Болтиным в составе 240 человек на Цильму «серебро делати и меди». Уже в 1496 году печорская медь, выплавленная на медеплавильном заводе, доставлялась на московский монетный двор. В 1497 году Ивану III отчеканили из печорского золота медаль в честь его дочери Феодосии. Об этом факте есть упоминание в «Истории государства российского» Карамзина.
   На Печоре стали появляться первые населенные пункты. В конце XV века в самом устье Печоры воеводами Ивана III был заложен острог, названный Пустозерском, который стал административным и торговым центром Печорского края.
   В одном из центральных государственных архивов нашей страны хранится уникальный документ — книга-платежница «Поморские Пустозерские волости», датированная 1574—1575 годами. Это свидетельство о том, как и кем заселялись и осваивались низовья Печоры, что представлял из себя древний центр этого края Пустозерск, чем занимались его жители. Так, например, в книге сообщается, что в Пустозерске имелось к тому времени дворов: «русских — 92, пермяцких — 52, а всего — 144 двора, а людей в них русаков и пермяков — 282 человека». Если иметь ввиду, что в перепись вносились только лица мужского пола, несущие тягло, то вместе с женщинами всех возрастов здесь жило в 1574 году уже до пятисот человек. В книге перечисляются по имени, отчеству и фамилии (прозвищу) все 282 пустозерца. Знакомство с ними позволяет угнать имена тех, кто в числе первых осваивал низовья Печоры и морское побережье и откуда прибыл. Из числа русских встречаются Дитятевы, Кожевины, Никоновы, Шевелевы, Пономаревы, Поповы, а из выходцев с Пермской земли — Сумароковы, Хабаровы, Филипповы, Бараковы, Истомины, Корепановы. Книга показывает и классовое расслоение среди пустозерцев: одни владели несколькими краснорыбными и белорыбными тонями, а другие — одной, двумя, а то и вовсе состояли в работниках у более зажиточных крестьян. Немалым было и тягло, которое несли в пользу государя и царской казны в виде дани — ясака, оброка и податей жители волости и югорская «окологородская самоядь» — ненцы. Заброшенный далеко в безбрежья суровой тундры Пустозерск был плацдармом, с которого начиналось освоение всего Печорского края, а затем и побережья Сибири и островов Арктики.
   В 1542 году новгородцем Ивашкой Дмитриевым Ласткой была основана Усть-Цильма, а в 1564 году здесь уже числилось 14 дворов. В 1567 году появилась Ижемская слобода. Обосновавшись в низовьях Печоры, жители Пустозерска, Усть-Цильмы и других населенных пунктов стремились расширять связи со своими соседями. На острова Баренцева моря приезжали двиняне, устюжане, пинежане, чтобы бить зверя, ловить рыбу, обмениваться нехитрыми товарами.
   В этот же период через Печору были совершены две экспедиции в сказочно богатую, как тогда говорили, Мангазею. Первую экспедицию возглавлял Юрий Долгушин, который в 1597—1598 годах через реки Уса, Северная Сосьва, Обь, далее через Обскую и Тазовскую губы достиг мангазейских рек Надым и Таз. Вторую экспедицию возглавлял дьяк Федор Дьяков в 1598—1601 годах. Были, несомненно, и до этого попытки поморов проведать Мангазею, но о них никаких данных пока не разыскано. После экспедиции Долгушина и Дьякова связи с Мангазеей стали более доступными и регулярными.
   И все же заселение этих суровых мест шло очень медленно. Более чем через сто лет со времени основания первых поселений — в 1679 году — в Усть-Цилемской и Ижемской слободах насчитывалось всего лишь 68 крестьянских дворов. В 1638 году на Вое и Соплеске стали добывать точильный камень, выделывать бруски и точила примитивным образом.
   По данным переписной книги 1678 года, подлинник которой хранится в Москве в Центральном государственном архиве древних актов, август 1674 года считается датой возникновения в устье речки Мылвы починка Кузьминского из 5 дворов. Эти первые жители сюда перебрались с верховьев Вычегды. В 1710 году в переписных документах уже числился погост Печора с 14 дворами и населением в 46 человек. Позднее погост стал называться Троицко-Печорском, признанным центром Печорской волости. В 1787 году в селе насчитывалось 50 дворов, 342 жителя обоего пола.
   В конце XVIII — начале XIX веков возникли населенные пункты Щельяюр, Няшабож, Усть-Уса, Лыжа, Колва, Кожва, Щугор.
   Первые сообщения об ухтинской нефти появились в Двинской рукописи более пятисот лет назад: «племя чудь», жившее по реке Чуть, использовало «горючую воду» для хозяйственных нужд. А в 1595 году нефгь Ухты (в виде проб) первой из всех известных тогда нефтей на Руси была доставлена в Москву. В 1721 году мезенец Григорий Черепанов обнаружил в районе Ухты на лесной речке нефтяной ключ. Об этом было доложено Петру Первому, который дал распоряжение «освидетельствовать и учинить пробу».
   В 1745 году архангельский купец Федор Савельевич Прядунов на берегу Ухты построил первый в мире нефтяной промысел. Выходящую на поверхность со дна речки нефть Прядунов ловил с помощью бревенчатого четырехугольного сруба. Добытую нефть направляли в Москву, в Петербург и другие города, где продавали как лекарство. Но дальше дело не пошло. Не получив поддержки от царского правительства, Федор Прядунов разорился и закончил свою жизнь в долговой тюрьме в 1753 году.
   В 1771 году по Печоре проехал видный русский ученый академик И. И. Лепехин, оставивший для потомков интересные описания истории и быта местных жителей.
   В 1839 году на Печоре побывал русский путешественник Ф. И. Истомин.
   История сохранила мало имен первых предпринимателей и первопроходцев. Но они открыли более широкую дорогу другим. В XIX веке пришли сюда купцы и промышленники Василий Николаевич Латкин, Михайл Константинович Сидоров, Александр Михайлович Сибиряков, а в начале XX века — ученые и исследователи Феодосии Николаевич Чернышев, Андрей Владимирович Журавский, Владимир Александрович Русанов, Александр Александрович Чернов, Алексей Петрович Павлов и другие. Предприимчивых и пытливых людей манили печорский лес, ухтинская нефть, каменный уголь, другие полезные ископаемые, поиски путей на Обь, на Каму, на Урал, несметные богатства Сибири.
    «Есть на Северо-Востоке Европейской России край пустынный, мало известный, но таящий огромные богатства всех трех царств природы... Это край Печорский... Я стремился туда с целью — исследовать и описать его и, если возможно, учредить компанию, чтоб с помощью ее капиталов развить там промышленность, пользоваться природными богатствами края, до сих пор как будто забытыми и не приносящими никакой пользы»,— писал В. Н. Латкин в своем дневнике.
   В 1840 году Василий Николаевич Латкин и его зять Михаил Константинович Сидоров организуют «Печорскую компанию» и принимают энергичные меры по изучению водных путей на Севере, а также начинают лесоразработки.
   Еще в юные годы, в первый раз побывав на Печоре, Латкин был поражен величием и суровой красотой этой реки и Уральских гор. Уже тогда его наблюдательный ум заметил кричащее противоречие: огромные природные богатства края и бедность населения, острый недостаток в хлебе, что позволяло чердынским купцам взвинчивать на него цены. Он был убежден, что можно и должно добиться расцвета хозяйства и благополучия населения Печорского края.
   14 февраля 1841 года В. Н. Латкин представил министру государственных имуществ проект развития промышленности на Печоре. Он писал: «По чувству искреннего желания добра моей родине и пламенному стремлению по мере сил и возможности быть полезным моим одноземцам и отечеству, я неоднократно предпринимал путешествия с тою целью, дабы обозреть пустыни этого обширного и мало известного края и разведать о произведениях, коими он изобилует».
   В 1843 году Латкин отправляется в свое второе путешествие, чтобы окончательно решить вопросы: не препятствуют ли льды доступу морских судов в устье Печоры и возможно ли устроить судоходство между реками Печора и Обь через их притоки и строительство между ними канала или железной дороги. Как его изыскания, так и исследования направленной сюда экспедиции Академии наук подтвердили возможность захода судов в устье реки Печоры. Свои взгляды Латкин и изложил в «Дневнике», над которым работал долго, много лет, и только в 1853 году он был издан в полном объеме в «Записках императорского Русского географического общества».
   «Дневник» представляет собой большой труд по географическому, экономическому и этнографическому исследованию Зырянского края. Его описания охватывают почти все населенные пункты края, сопровождаясь многочисленными экскурсами в область далекого исторического прошлого и размышлениями о судьбах народа коми.
   Зимой 1855/56 года впервые на Печоре было заготовлено 2384 отборных бревна. Для вывозки этого леса за границу в 1859 году была проложена трактовая дорога на Вычегду от Хроицко-Печорска до Помоздина протяженностью 146 Километров. Дальше лес сплавлялся в плотах по Вычегде и Северной Двине до Архангельска.
   В 1860 году на зафрахтованном Латкиным морском корабле «Диана» впервые была сделана попытка доставить лес с устья Печоры во французский город Нант. Попытка удалась. И хотя последующие три корабля потерпели крушение в пути, начало все же было сделано.
   В 1861 году Латкин и Сидоров зафрахтовали еще три корабля. Загрузившись печорским лесом, все три корабля на этот раз благополучно прибыли в места назначения — в Лондон и Бордо. Печорская лиственница, отправленная на этих судах, демонстрировалась Латкиным и Сидоровым на второй Всемирной выставке в Лондоне в 1862 году и получила высокую оценку, как ценнейший корабельный лес.
   Торговые связи с Печорой стали расширяться. Об этом говорит тот факт, что за период с 1860 по 1876 год в устье Печоры побывало 130 русских и иностранных кораблей.
   В это время на Печоре насчитывалось уже около двадцати тысяч жителей. Хотя очень медленно, но расширялись экономические связи, население втягивалось в торговый оборот, росли перевозки. А единственным путем, по которому шел грузопоток в короткий навигационный период, была река Печора. По ней тянулись груженые каюки и барки за конной тягой или бурлацкими лямками. Николай Алексеевич Некрасов писал о стоне волжских бурлаков. Но эти стоны были слышны и на Печоре. Бурлаки брели по Печоре, и берега ее оглашались их печальными надрывными песнями. От устья Печоры до Якши — таков был политый солёным потом и горькими слезами, тяжкий, более чем тысячекилометровый изнурительный путь печорских бурлаков.
Изнывали бурлаки. Но не легче жилось и остальному трудовому люду, обреченному на вымирание.
   B. Н. Латкин писал в своем «Дневнике»: «Зимой у бедных жителей Печоры хлеб — редкость; те считаются богатыми, у кого есть корова и немного муки для примеси в кач-кашу, сваренную из осиновой коры... Крестьяне нередко променяют здесь последнюю корову для покупки хлеба на поправку».
   Несколько позже об этом же писал ссыльный врач C. В. Мартынов, побывавший на Печоре: «К рождеству запасы хлеба начинают истощаться, а с великого поста уже примешивают к хлебу различные суррогаты— мякину, рябиновый лист и так называемый «борщ». Эти примеси к муке употребляются вовсе не во время голодных годов, как можно было бы это предполагать, а составляют обычную пищу населения каждый год, начиная с весны и до обора новых хлебов...»

 

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10  11

вернуться