ПОЭЗИЯ/ВАСИЛИЙ БОЛЬШАКОВ/СКАЗКА


© Василий Большаков, 2000-2005 г.г.
© Этот текст форматирован в HTML  -  www.pechora - portal.ru, 2005
© web оформление, исправление, новая редакция (2005 г.),  - Игорь Дементьев

 

Василий Большаков
"Сказка"
 

Не знаю где, в какой стране,
Неведомо то раньше было мне.
Лев по лесам долго мотался,
зверей изрядно в них извёл.
Теперь дохлятиной питался
И постный образ жизни вёл.
"Исчезли звери все в тайге,
Свежинки не добыть нигде.
Уж волки рыщут вблизи сёл.
Их голод всех сюда привёл.
Но Лев — не волк и не шакал,
Чтоб из дворов ягнят таскал.
Он будет гордо голодать,
Но не пойдёт в деревню воровать.
И хоть виновен человек,
Что живность приручил себе,
А остальных зверей сгубил:
Из ружей и винтовок перебил.
Леса пустыми стали все.
Охоты человеку нет нигде
И в лес не ходит он теперь,
Ведь он не голодный зверь"
Так Лев под ёлкой рассуждал.
Желудок с голоду урчал.
И был он зол на мужиков,
Сидящих у своих домов.
Они скотиною питались
И по лесам уж не шатались.
Но месть в уме была у Льва
На скотовода-мужика.
Ведь может хлебом он питаться,
Зачем за мясом в лес кидаться,
Еду у Льва там отбирать,
Им ничего не оставлять.

«Ну, угодит хоть раз в леса
и попадёт мне на глаза -
со злобой Лев себе сказал-
Его я крепко накажу:
Все шкуры до костей спущу,
За выкуп голым отпущу,
И чтобы в лес он не ходил
И скот домашний распустил,
Да бы в лесу скоты плодились
И львам на мясо бы сгодились»
Но что за глупая мечта
Держалась в голове у Льва!
Льву мужиков не одолеть,
Придётся, видно, околеть,
Как тём шакалам и волкам,
Близь сёл что ходят по ночам.
Со львом ещё гуляет Львица
И скоро будет уж телиться.
Всю стаю надобно кормить
И глупо тут по-волчьи выть.
Пока жива ещё душа
В другие надобно леса
Отсель скорей перебираться.
Тайга теперь уж здесь пуста
И доброй жизни не дождаться.
Бывает, что-то тут поймает,
Но Львица сразу же съедает,
Да на него ещё урчит
И принести ещё велит.
Ведь в животе –то у ней львята,
А не какие-то котята.
И Львицу Лев тогда повёл,
Хоть на неё был тоже зол.

Повёл, куда толкал инстинкт:
В леса большие, где Сибирь
Живое всё ещё хранит.
У Льва был львиный аппетит.
Он долго по лесам шатался,
В глухие дебри вдруг забрался.
Судьба какая загнала сюда?
Но здесь была уже еда.
.На новом месте Лев обосновался.
Пошире «вотчину засёк»
И на тропе зверей залёг.
Он стал зверюшек дожидаться,
Чтоб среди них царём назваться.
Как зверь лесной на водопой скопился,
Лев тут пред ними объявился.
Когда зверюги увидали Льва,
Всёх жуть звериная взяла.
Шерсть дыбом на загривках поднялась:
«Откуда же зверина здесь взялась?
Сколь жили тут и не тужили,
Свободно все на водопой ходили
И если лес что-то припас,
То было всё это для нас»-
Жуть звериная зверей взяла:
Плохи в лесах будут дела.
Теперь же съест зверюга нас,
Проходу он в лесу не даст.
Всех нас к нему перетаскают …»
А делать что — сидят, не знают.
А Лев на то он был и Лев,
Чтоб быть везде в чине царей
И быть храбрее всех зверей.
Он в Властелина превратился,
К зверям с речью обратился

Указ: царём сюда прибыть,
чтоб тут порядки наводить!»
Дрожь зверей тут пробрала:
«Сколько надо мяса для царя,
Но больше надо для царицы,
Ведь детишки появятся у львицы,
И свору всю эту кормить,
Да как же нам в лесу-то жить!»
Но Лев вопросы те предвидел:
«Чтоб мне в лесу вас не обидеть,
оклад вы сами мне дадите
и мяса в день по поросю
иль что от вас я попрошу.
И если вольно жить хотите,
Что я сказал, то и несите.
Я- царь, не дело мне скитаться
И по лесу за вами тут гоняться.
Когда же будут праздники мои,
Все в гости приходите вы.
В гостях цари не обижают,
А по заслугам награждают.
С заграницы кто приедет,
Чтоб готово всё к обеду.
Надо всё гостю подать,
Что в лесу им не видать.
Пусть посмотрит, как живём
И богаты сколь зверьём.
Договор бы заключить:
Хищных к ним туда бы сбыть.
Вред они нам причиняют.
Жрут, отбросов сколь бывает.
Как кого где загрызут,
Сразу шкуру с мясом рвут.

Только шерсть летит кругом.
Надо делать всё с умом:
Сперва шкуру надо снять,
А потом уж мясо рвать.
Шкуры будем продавать,
Ведь не даром торговать.
Они тоже нам пришлют,
Что они сами не жрут,
А мне ножики, крючки,
Петли разные, замки,
Чтоб добро моё хранить
Здесь бы дома, не у них.
Но у нас в лесу воров
Развелось, как муравьёв.
Всё везде кишмя кишит,
Каждый что-то там тащит.
Вот и возим в заграницу,
Может что там сохранится.
Надо лес весь охранять.
Волков буду нанимать,
Чтоб съедали воров рать.
И платить не надо. Жрать
Знают сами, где, что брать.
Я средь вас хоть воцарюсь,
Но нужней всего мне Русь.
Буду часто уходить
Там порядки наводить.
Ведь лесов в России тьма
И воров там, как дерьма.
Надо лагери, тюрьма.
А у нас где их хранить
И с ворами как мне жить.
Пока с ними разберусь
Разворуют вовсе Русь»

Лев на задницу присел
И зверью присесть велел,
Чтоб подумали о том,
Как дела вести с ворьём.
«В страхе все мы тут живём
И зовёмся мы зверьём
И Совет тот для зверей
Надо выбрать поскорей»
Лев тут в руки дело взял,
Назидательно сказал:
«Чтоб Совет тот сильным был,
Я медведя бы включил,
Возглавлял бы он Совет.
Может громко прореветь,
Если надо будет где
И услышат его все..
Закон надо принимать,
Лапу кверху поднимать.
Пусть здесь каждый устрашится6
По закону всё свершится
Других назначит сам медведь,
Чтобы вам всем не шуметь.
Законы чтоб такие были:
Налоги б звери все платили
И от царя их не таили.
Карать воров всех буду я
И кара высшая моя:
Не пожалёю живота,
Пусть посидит ворюга там
Во чреве царском до утра.
Я всем позволю торговать,
Но все излишки мне сдавать.
Казна вся будет у меня,
Учёт вести будет лиса.
Кого уж если обсчитает,
То лучше шкуру пусть снимает.
Найдётся место в животе
И мясу лисьему кой-где.

Звери очень приуныли,
За родных в тревоге были.
Кто в леса по делу шёл,
Был, почти что, каждый вор.
В норы все что-то тащили
И на этом семьи жили.
Коль не будешь воровать,
То придётся погибать.
Если Лев возьмёт дела,
Многим будет тут хана!
Волки шкодили в лесах
Не мечтали о царях.
Лев волков теперь берёт
Охранять звериный род.
Гнёт двойной все понесут.
Что-то Лев сказал про Суд.
Мол судить он сам всех будет
И не надо ему ружей,
Чтоб виновных расстрелять,
Зря шумиху поднимать.
Всех виновных подберёт
На суде к себе в живот.
Если вор не муравей,
А довольно крупный зверь,
То накажет его львица.
Это Льву жена царица.
Живо зверя там съедят
Тройка жадненьких щенят.

Онемело всё зверьё:
Так ведь дело не пойдёт.
Стали меж собой шептаться:
Им куда-то бы деваться
Или вовсе разбегаться.
Хоть и худо раньше жили,
Но леса их всех кормили.
А теперь, как в лес пойдёшь,
То и ног не принесёшь.
Как волков на них пошлёт,
Волк хоть всех и не сожрёт,
Не один погубит род.
Тихо стало всё кругом.
Каждый думал своим лбом,
Но боялись говорить,
Чтоб в немилости не быть.
Всех смелее был медведь,
Но не стал громко реветь,
А сказал, чтобы зверьё
Ели все в лесу своё,
А чужое не губили,
Своих деточек растили.
В лесу зверят не обижать,
Растить надо, поднимать,
Нам потом что было жрать.
Льву понравился медведь:
«Надо выбрать здесь Совет
Из зверей, кто видит свет»
Звери тут зашевелились,
что-то все заговорили.
Стали сразу предлагать
Им кого в Совет избрать,
Чтоб потом их защищали,
Страх на них не нагоняли


«В страхе все мы тут живём
И зовёмся мы зверьём
И Совет тот для зверей
Надо выбрать поскорей»
Лев тут в руки дело взял,
Назидательно сказал:
«Чтоб Совет тот сильным был,
Я медведя бы включил,
Возглавлял бы он Совет.
Может громко прореветь,
Если надо будет где
И услышат его все...
Закон надо принимать,
Лапу кверху поднимать.
Пусть здесь каждый устрашится,
По закону всё свершится
Других назначит сам медведь,
Чтобы вам всем не шуметь.
Законы чтоб такие были:
Налоги б звери все платили
И от царя их не таили.
Карать воров всех буду я
И кара высшая — моя:
Не пожалёю живота,
Пусть посидит ворюга там
Во чреве царском до утра.
Я всем позволю торговать,
Но все излишки мне сдавать.
Казна вся будет у меня,
Учёт вести будет лиса.
Кого уж если обсчитает,
То лучше шкуру пусть снимает.
Найдётся место в животе
И мясу лисьему кой-где.

«Медведь, поближе к нам садись
И все дела с зверьми веди.
На завтра мне сготовь бычка
И от коровы флягу молочка.
Ей будет некого поить,
Пусть для щенят моих доит,
Поблизости от них и спит»
Лев от речи таковой
Закачал уж головой,
Пошёл ко Львице на покой.
А по утру раздался шум.
Из леса шёл медведь-Несун.
Козу он где-то там задрал,
С козою из леса шагал,
Но волки Льву всё доложили.
О преступлении все завыли.
Лев, как услыхал, весь задрожал,
В Совет к медведю побежал:
«Несун-медведь закон нарушил:
козу чужую чуть не скушал»
Медведь давно знал Несуна
И все в лесу его дела:
Что где поймает иль убьёт,
В берлогу всё к себе несёт.
Кругом берлоги вонь стоит.
Над мясом туча мух висит.
Берлогу звери обходили
И Несуна все не любили.
Козу у Несуна забрали,
«Не воровать!» — ему сказали,
А наказать его боялись.
От Несуна Природе вред…
Раз Лев попал к нему на след.
По следу вышел на берлогу,

Хоть вони было очень много,
Берлогу эту осмотрел
И выгнать Несуна велел.
Зверьё же Несуна боялось
От берлоги всё вдали стояло.
Рычали только и визжали
И Несуну спать не давали.
Несун порядочно терпел,
Но покидать берлогу не хотел.
Медведь позвал к берлоге Льва,
Он чтобы выгнал Несуна.
Лев от бессилья их взъярился,
Со всей семьёй в поход пустился.
Когда к берлоге подошли,
Носы зажали и ушли.
И звери тоже разбежались
И Несуну не досаждали.
Лев обещал его поймать,
Когда Несун пойдёт гулять.
Ведь царь лесов Лев был хитёр
И много дней в лесу провёл,
Но не встречал там Несуна.
Берлога пищею полна.
Несун сидел, пережидал,
Запасы пищи потреблял.
Лишь только Лев из леса вон,
Несун грозит ему в догон
И вновь добычу тащит он
К берлоге, где витает вонь.
Царю не платит он налоги
И не вылазит из берлоги,
Когда зовут его ко Льву.
Не чуял он свою беду

И даже раз ради потехи
Костей мешок лисе вручил,
Сказав, налог, мол, заплатил..
Лев шуток острых не любил.
Волков, шакалов всех собрал
И строго всем им наказал,
Чтоб Несуна быстрей задрать
Иль из тайги совсем прогнать.
Недели две волки сидели,
Шакалы выли и свистели.
Несун в берлоге всё лежал
И своего момента ждал.
Шакалы, волки отощали,
Пока осаду тут держали.
Ушли охотой подкрепиться,
Водички чистенькой напиться.
Несун опять костей набрал
И вновь «налог» лисе он сдал
Повторно Лев того не ждал.
Волков, шакалов наказал.
Решил расправу сам творить.
А как? Не нам его учить
Вблизи берлоги тушки мяса
Кругом висят на солнце ясном
Уж мухи кое-где летают
И Несуну всё сообщают:
Мол много мяса здесь кругом,
Но охраняется всё Львом
Несун с ним встречи не желал
В берлоге смирненько лежал.
Когда от мяса вонь пошла,
Охрана вся опять ушла,
Так не дождавшись Несуна.

Несун немного погодя,
Все тушки, что в лесу висят,
Забрал все полностью в берлогу.
И мяса накопилось много.
Не надо по лесу искать,
Зверюшек разных там гонять,
В берлоге лучше всё ж дремать
И Льва за мясо вспоминать.
Когда костей поднакопилось,
Ко Льву в мешке всё то явилось.
Лиса сказала, что налог
Несун принёс тут, сколько смог.
Потом остатки принесёт,
В расчёте будет он за год.
Вот тут-то Лев по-волчьи взвыл
И чин свой царский позабыл.
Несун ему не подчинялся,
Притом ещё и издевался.
Собрав из леса всех зверей,
Кто был сильнее и смелей,
Лев пошёл войной на Несуна.
Дождался ветреного дня,
Чтоб вонь с берлоги уносило,
Он, во главе громадной силы
Волков, шакалов и гиен,
Не взял в поход только трусливых,
Стал у укреплённых стен.
И звери тут заголосили,
Несуна пытаясь испугать
И страху в голову нагнать
И дать возможность убежать.
Но сколь они тут не галдели
И ожидая тут, сидели,
Несун не вышел из берлоги

Лев потребовал подмоги.
Тут лисы, зайцы появились,
К сохатым кабаны прибились
И все по-своему трубили.
Сороки птиц всех созывали,
Вороны каркать уж устали.
Несун сидел в своей берлоге
Один и не было подмоги.
И даже мух всех унесло.
Не хочет помогать никто.
Ведь бед не мало он творил.
В лесу изрядно погубил
Зверей, семей и их жилья
И многих очень даже зря.
Теперь пришли ему все мстить
И надо Несуну решать:
Бой принимать или бежать?
Уйти, конечно, сможет он.
Мясцо он всем пораскидает,
Кто у берлоги воет, лает.
Пока они тут будут драться,
Чьё мясо, станут разбираться,
Вот тут ему надо смываться.
Уйдёт в другие он края,
Но там так много нет зверья.
Умрёт он с горя в крае том
Голодным, с тощим животом.
Уж лучше бой, а не бежать
И смерть на месте здесь принять.
Он стал у выхода с берлоги,
Широко расставил ноги,
А в лапы взял свою дубину,
С корнем выдрану осину,
И размахнувшись разков пять,
Кто ближе был, всех стал сшибать

Тут звери дальше отбежали,
Дубиной чтобы не сшибали
И прекратили вовсе выть.
Не знали, как им дальше быть.
Хоть Лев велел идти вперёд,
Но весь стоял на месте сброд.
Каков конец — Лев знал отлично.
Царю без войска неприлично
В бои вступать единолично
Кипело зло в крови у Льва.
А какова будет молва?
Ведь звери видят, скажут «Трус!
Не царь он им, а просто гнус!»
А гнусы, верно, не плошали,
На мясо всюду налетали.
Клубился на берлогой рой
С осой или рассерженной пчелой.
На Несуна они напали,
На всех, кто ближе тут стояли,
Стали жалить и кусать
И кровь звериную сосать
Того не вытерпел Несун,
Ругая яростно пчелу,
Он из берлоги в лес помчался
И лапами в пути махался,
Но пчёлы всё ж не отставали
И от берлоги дальше гнали.
А за пчелой – волки, шакалы
И Несуна совсем прогнали.
Все звери крикнули: «Ура!»
И драли глотку до утра.
И Лев тут тоже ободрился,
С царицею вокруг щенят кружился.

Медведь всех позже зарычал,
Но так, что лист в лесу дрожал.
Большое было ликование.
Не зря всё, кажется, старание.
Лев – царь издал сразу Указ,
В день этот праздник будет — раз,
Победу будут отмечать все — два,
А по сему- за праздничным столом,
Чтоб мяса было вволю и с вином
Зверью вина было не жаль.
На мясо шла родимая вся тварь.
Родня вся выла, провожала,
Но Льва Указы выполняла.
Ко Льву на праздник все сбежались,
Все те, которых приглашали
И пир до ночи шёл большой
Накрыт был мясом стол лесной.
Хватали мясо, чавкали, глотали
И тут же из горшков вино лакали
И налакались к ночи так,
Не узнавали: кто родня а кто тут враг.
Кого-то, кто-то обругал,
Койотом вонючим обозвал
И драка вспыхнула тут вдруг,
Дралися все — и враг и друг,
Не разбирая ничего,
Лилось, летело, билось всё.
Царь Лев с царицею уж спал.
Он раньше больше всех пожрал
И бойни этой не слыхал.
Медведь в углу сопел, храпел
И про себя, как будто, пел,
Но кто-то ему в морду кулаком,
Добавил потом глиняным горшком.

Медведь от боли тут проснулся.
Увидя драку, ужаснулся,
Хотел позвать на помощь Льва,
Не знал бежать только куда.
Вдруг лапой за горшок запнулся,
Схватил его, слегка ругнулся,
Потом как двинет по столу
Да зарычит на свору всю,
Дав так, что звери онемели
И от испуга на земь сели.
Медведь тут всё сообразил
И Праздник в лапы захватил:
«Немедля — крикнул — расходиться,
Не то могу я рассердиться
И двину так вас, мелкота,
Что многие лишатся живота!»
И от медвежьих страшных слов
Похмелье быстро всё сошло.
В леса зверюги разбежались,
Чтобы на мясо не достались.
А кто лежал тут с перепою,
Простились со своею головою.
Лев с Львицей утром прикатили
И оба страшно удивились:
Медведь сидел один лишь за столом,
Уткнувшись в гору мяса лбом.
Барана второго доедал.
От переедания уж икал.
Хотя сидел он за едой,
На всех и вся был очень злой
Тут Лев со Львицей подошли
К столу и мясу уж садиться.
Медведь как рявкнул: «Вон пошли
Из собственной моей столицы!»

Дубина Несуна в лапы попалась
И супругам по хребту досталось,
Да так, что чуть не растянулись,
А то б на шубы приглянулись.
Но силы всё ж у них нашлись,
Галопом в лес все понеслись
А вслед — породистый приплод
Бежал, протряхивая живот.
Родителей же не догнали
И у медведя тут остались.
Власть медведь всю захватил.
В охрану львят определил
На склады львиного добра.
С медведя сдвинулась гора:
«Пора поцарствовать, пора!»
А Лев со Львицею бежали.
Их звери бурно провожали,
Нигде пощады не давали,
Пока с Сибири не ушли
И все дороги стерегли,
Чтобы назад не воротились.
Где раньше жили поселились,
Оставив там своих котят.
Здесь новых вырастить хотят.
Потом пойдут туда оравой
За их потерянною славой.
Уж там медведю отомстят.
Найдут ли только своих львят?
Хоть бедно жили в сих местах,
Но здесь родимые края.
Им живность мало попадала
И Львица быстро отощала

Ей надо бы теперь кормиться,
Чтобы наследством разродиться
А лев совсем здесь отощал.
Добычу Львице отдавал.
Она хоть это всё уж знала,
Но всё ж детей предпочитала.
Уж много дней Лев без добычи
И тут рассердилась Львица.
Сама в лес за добычею пошла,
Но ничего тож не нашла.
Тогда к деревне своротила,
В кустах ближайших тут закрылась
И за деревней наблюдала,
Куда скот на ночь загоняли
А ночью, крадучись пошла,
Чтоб ветер дул ей от села.
Чтобы собак не всполошить,
В хлеву тихонько задушить
Уже приметного бычка.
Лев от Львицы не отстал
Но в кустах тут ожидал.
Ночка долго тут тянулась.
Вот в деревне все заснули.
Львица, словно большой кот,
За бычком к селу идёт.
Вот и хлев. Дверь поднажала.
Дверь открылась, не упала
Бычок мукнуть не успел,
Перед смертью захрипел
Бычка на спину взяла
И назад уже пошла.
Только Шавка вдруг вскочила,

Подбежав, заголосила.
Львица Шавке поддала
Так, что свисла голова.
Бычка снова тут схватила.
Потащила, мало силы.
Лев навстречу прибежал,
Помогать он львице стал
Но хозяин всполошился,
С фонарём там завозился.
Видит: Шавка тут мертва
И в хлеву уж нет быка.
Он следы тут осмотрел
И от страха обомлел.
Думал — волки унесли,
Но от Львицы все следы.
Сыновей он поднимает,
Пулей ружья заряжает
Как забрезжил в небе свет,
Вышли все на львиный след.
Львы бычка уж доедали.
Как погоню услыхали,
что получше в рот схватили,
уходить быстрей пустились.
Мужики бычка нашли.
Требуха да косточки.
Псы всё бойко доедали,
Мужики же горевали:
«Львы ведь это не волчата
и не малые ребята
Не случалось по селу,
Чтобы Лев бывал в хлеву
Знать голодны очень были,
Что в село идти решились.

Их добром тут не поймать.
Мужиков надо сзывать
И облаву начинать.
Львы же мясом подкрепились
От села уйти решили.
Хоть мясцо там оставалось,
Но его уж было мало.
Псы остатки растащили..
Львам опасно оставаться,
К мужикам можно попасться.
Те пощады не дадут:
Или свяжут иль убьют,
Воли дальше не дадут
Видно, вновь в Сибирь бежать.
Львице надо бы рожать.
Чтоб покой был, тишина
И всегда была еда.
Тут покоя им не будет
И добычи не добудут,
Ног своих не унести
Львы вперёд пока бежали,
На ходу всё добывали,
Очень мало отдыхали.
Все дороги обходили,
Лесом путь себе торили.
Следы прятали в воде,
По ручьям шли кое-где.
Где охотники встречались,
Обходить их всех старались,
Чтоб они не замечали
И других сюда не звали.
Волчьи ямы попадались.
Раз туда чуть не упали,
Да спасла их мать земля

В ямах корни кустов были,
За них звери зацепились.
Лев не грузный- быстро вылез,
осмотрелся, что где было
И нашёл вблизи лесину.
Он взвалил её на спину,
В яму быстро опустил,
Львице выйти пособил.
Вновь опять вперёд бежали,
Кой где живность подбирали,
Осторожность соблюдали.
Много дней уже прошло.
Львице стало тяжело.
Надо б место выбирать:
Вдруг придёт пора рожать.
Уж тихонько вперёд шли,
В пути силы берегли.
Лев добычу находил
И подруге приносил.
Хотя львице было мало,
Все же Льву чуть оставляла.
Вот Сибирь и глушь пошла.
Львица место уж нашла.
Лев тут рядом отдыхал,
Львицу нежно охранял.
Здесь зверей было не мало,
Пищи им уже хватало
И охотники отстали,
Может, что-то замышляли,
Чтоб обоих их поймать
И в зверинец передать.
Надо б зверя подловить,
Но дичь стала уходить

Львов почуяли они
И все в стороны пошли.
Льву еду чтобы добыть,
Далеко надо ходить.
Львицу на день оставлял,
Сам за мясом вдаль бежал.
Раз он как-то вдалеке
Стал кружиться налегке,
Терпкий запах обнаружил
И противный, гнилой дюже.
Стал он что-то вспоминать,
Запах давний узнавать.
Это ж запах Несуна.
Занесла же сатана!
Будет он теперь мешать,
Львице надо же рожать.
Оставлять нельзя одну,
Надо добывать еду.
Лев ко львице прибежал
И уж прибыль увидал.
Был он рад клубку «котят»,
А всего их было пять
Львица мясо есть хотела.
Фыркнув, мясо отлетело.
Запах в мясе Несуна,
Быстро вспомнила она:
Надо тут его найти
И убрать долой с пути
Если тут его оставить,
То он львицу здесь задавит
И всех львят тут изведёт,
Но на Льва не нападёт,
А зверей всех приведёт

Жизни им не даст Несун,
Обнаружив их в лесу.
Надо с ним быстрей сразиться
И не дать отсюда смыться.
Уничтожить эту тварь
Никому не будет жаль
Здесь такую жизнь вершит,
Как то было там, в глуши.
Не могли скопом прогнать,
Пчёлы стали донимать,
От них начал убегать.
Пчёл здесь тоже полный лес,
Но гнездо-то у них где?
Подь в лесу пчёл поищи,
Да и как их унести?
Всё мечта это -не дело.
Но ведь надо что-то делать?
Вонь кругом у Несуна.
Кто пойдёт к нему туда?
Станут сразу же чихать,
Кашлять, слёзы вытирать.
Если спит, то враз проснется
И дубиной замахнётся.
А удар дубиной – смерть.
Что же делать им теперь?.
Надо ждать им ветерок,
Чтобы запах уволок.
Вот тогда и подойти,
Когда ночью крепко спит.
И внезапно налететь,
На лежачего успеть,
Шею тут ему свернуть
И по горлу резануть
Всеми острыми клыками

Как же быть им со щенками.
Ведь малы -не поведёшь!
Где местечко им найдёшь?
Будут тявкать и пищать,
Как внезапно нападать?
Значит драться одному,
Гибель сделать Несуну..
Его если не убить,
Он не даст на свете жить.
Лев со львицей сговорились.
Всё ж идти вдвоём решились.
Деток крепко накормили
И с едой в дупле укрыли,
Чтобы спали, не пищали,
Уходить бы не старались.
Из дупла им не сбежать,
Но зверьё может узнать,
Не оставят в живых тут,
Всех тогда перегрызут!
Вот и ночка наступила,
Ветерок воет уныло
Львица деток всех укрыла
Льва идти поторопила..
Оба рысью побежали,
Вёрсты два часа мотали.
Вот уж запахи идут
И Несун, наверно, тут
Осторожно подходили,
Лапки нежно становили.
Запах острый ветер нёс,
Видно, близко этот пёс.
Хороши у львов глаза:
Видят всё, хоть ночь темна.

И берлогу увидали.
Постояв, определяли,
Что там делает Несун,
Может, шастает в лесу?
Тихо ближе подползли,
Там сопит кто-то внутри,
Что-то видит он во сне
И ворчит там сам себе.
Вот берлога, узкий вход
И дубина поперёк.
Лев с прохода её взял
Львице сзади передал.
Та тихонько забрала
И в сторонку убрала.
Вот уж львы оба у входа
И вперёд- одна дорога.
Разом бросились они,
Назад голову свернули
И по горлу резанули
И Несун стал подыхать.
Оба льва стали чихать.
Львица бросилась бежать
Рысью крупною назад
И не стала Льва тут ждать.
Сердце львицы что-то чует
И по деточкам тоскует.
Лев у берлоги всё стоял,
Пока Несун тут подыхал.
И свежим воздухом дышал.
Он не стал за львицей гнаться,
С Несуном бы разобраться.
Вот Несун совсем издох
И пустил последний вздох.
Мяса много будет тут.
Пировать звери придут
 

Несуна разом растащат.
Грязи, вони будет каша.
Волки, жадные шакалы
Уж, наверно, услыхали.
Вскоре первые придут,
Пир большой откроют тут.
Жить Несун им всем мешал,
Прижимал их всех нахал,
Воли в дебрях не давал
Их добычи отбирал.
Будут рады все они:
Несуна мёртвым нашли,
Но понюхавши следы,
Все узнают – были львы.
Весть та быстро разнесётся:
Лев со львицей в дебри рвётся.
Будут их теперь тут ждать,
Хода в дебри не давать.
Лев пока тут смерти ждал
Это всё предполагал,
Но теперь надо назад
Вслед за львицею бежать.
Как с огня, с места сорвался,
крупной рысью он помчался.
Когда к месту прибежал,
Бой жестокий увидал.
Волки, жадные шакалы
Львицу к дереву прижали,
А в том дереве, в дупле
Их детишки были все.
Львица грозно огрызалась,
Лапой изредка махала.
Хоть зверью и попадало,
Но ко львице подступали
И со всех сторон кусали.

Видят: плохо её дело
И зверюги осмелели.
Сходу лев ворвался в стаю,
Рвал, метал и бил, кусая.
Льва они не ожидали
И от страха побежали.
Но не все звери ушли.
Смерть у дерева нашли.
Львица тяжело дышала,
Раны рваные лизала.
На Льва грустно посмотрела
И в дупло тут поглядела.
Уже львята там пищали
И мамашу поджидали.
Пить, видать, все захотели,
А мясца всё же поели
Львица их на свет достала
И к соскам братва пристала.
Стало тихо всё кругом.
Рассвет забрезжил перед днём
Тучки реденькие шли,
Слабый дождик моросил,
Но под ёлкой сухо было,
Ветерком землю сушило.
Лев и львица отдыхали,
А щенята уж играли,
Они битвы не видали
И опасность избежали.
Лев и львица хоть лежали,
Дальше делать что – гадали,
Оставаться тут нельзя:
Соберётся тут зверья,
Будет армия своя.
Придут ещё от Несуна,
Ох как плохо будет львам!

Если раньше не уйти,
Разорвут на части их.
Надо место выбирать,
Чтоб семейство защищать.
Лев окрестности все знал
И пещеру раз видал.
Крутой берег у ручья,
Только та пещера чья.
Может, кто либо живёт?
И идти не далеко.
Щенков в зубы подхватили
И на спины посадили.
Те вцепились сразу в шерсть,
Перестали даже есть.
Звери, видно, догадались,
Что родные убегали.
Смирно, тихо все вели,
Хоть и падали они.
Их с земли вновь поднимали
И в зубах уже держали.
Вот и речка — добежали.
Берег был очень крутой
Рядом с вьющейся тропой.
И пещера уж видна,
Но свободна ли она?
Звери тут остановились,
На траву детей спустили.
Лев пошёл вперёд один.
Тихо львица шла за ним.
Львята падали, вставали,
Но тихонько уж шагали.
Львица часто поджидала,
Тех, кто очень отставали,
С непривычки уставали

Но ведь тут спокойно было.
Мать ходить их всех учила.
Вдоль по тропке все плелись,
Лишь ворчливый слышен писк,
Тех, кто кубарём катились
И на ножках не спустились.
Лев к пещере подошёл
И пустой её нашёл.
Мусор, птичий был помёт,
Коршун, может, здесь живёт.
Надо будет всё узнать,
Злого коршуна прогнать,
Чтобы львят не утащил,
Им жилище уступил.
Места всем тут было вволю
И щенятам везде воля,
Можно бегать и кряхтеть,
Не в дупле узком сидеть.
Но беда – могут сорваться:
Будут к краю подбираться,
Любопытства набираться.
Хорошо, коль целы будут,
Но всё быстро позабудут.
Снова к краю подбежат,
Из пещеры полетят.,
Только бегай собирай.
Надо вход снизу закрыть
И камнями заложить.
Благо много везде их.
Хватит дела на двоих
И пока их детки спали,
Вход родные закрывали,
Камнем выложив барьер,
Лишь вверху оставив «дверь»

А щенки, когда проснулись,
Сразу к свету потянулись,
Подбежали — там стена
И карабкаться туда,
Но пока не выходило,
Со стены их вниз катило.
Видно, здорово устали:
Лезть на стенку перестали
Львы тут целый день лежали.
За день очень все устали,
Дважды выиграв бои,
Ран порядком получили,
Но пока все сносны были
И львы сами их лечили,
Что-то в травах находили,
Но всё больше их лизали,
За округой наблюдали,
Кто к ручью ходил тут пить
И летали кто из птиц.
Как здесь Лев предполагал:
Место коршун занимал.
Он под вечер подлетел,
Покружился, но не сел.
Перемену тут заметил,
Но пока львов не приметил.
А под вечер воротился,
Снова тихо покружился
И на край барьера сел.
Лев схватил, лишь пух летел.
Когда коршуна сожрали,
То теперь они уж знали,
Что щенят не унесут,
Им спокойно будет тут.
Звери тут к ручью ходили,
Травку ели, воду пили.

Но никто из них не знал,
Кто в пещере обитал.
Лев под утро лишь вставал
Там он жертву поджидал...
Кого нужно — выбирал.
Жертвы только это знали,
Кто в пещере обитали.
Знали, кто были они,
Но сказать уж не могли.
Так семейство в тайне жило,
Невдомёк щенятам было,
Что родители здесь ждут,
Их, когда все подрастут.
Львята силу набирали
И в пещере тут играли,
Но в молоденьких ногах
Силы не было пока.
Впереди же путь большой
и опасный и плохой.
Звери все в лесу – враги,
К ним попробуй попадись!
Разорвут враз на куски,
Тут и кончится вся жизнь.
Ничему не доверяй,
Каждый кустик проверяй,
Проверяй, ложася спать
Или просто отдыхать
И ушами поверти,
Кто и где в лесу шумит,
Надо знать здесь каждый крик.
По шагам знать, кто идёт,
Как идёт, куда бредёт?
И в глазах чтоб не рябило
За версту бы видно было

Ветку, птичку иль зверька
Видно чтоб издалека.
Львята тут пока мурлычут.
Папа с мамою научат,
Как в лесу им надо жить
И опасность обходить.
Коль в борьбу шёл — не робеть,
Кто пред ними: лось, медведь.
Не страшись врага любого,
В бой вступай сильнее снова,
Царь зверей — то звание львово!
Месяц львята подрастали.
Лев и львица любовались:
Дети сильные растут:
Лапы крепки, сильна грудь.
Надо в лес их выводить
И охотиться учить.
Утром вывели гулять,
Не хотят пока шагать.
Везде нюхают, урчат,
Во все стороны глядят.
Каждый звук в лесу пугает.
Но родители бежат
и бежать их приглашают.
Не с привычки устают,
Посидят, потом бегут
День с родными проходили
И смелее уже были.
Далеко не разбегались,
Но в кустах уже шныряли.
Лев и львица наблюдали.
Следы, запах объясняли.
Так с недельку походили
К лесу их уж приучили

Научили, как бежать
И родных не потерять
Львята быстро понимали,
Что не знали, там урчали.
Наступил последний день.
Покидать пещеру лень.
Можно б было тут пожить.
Ездит в лес зимой мужик.
Может тут их увидать
И опять начнут искать,
Надо снова убегать.
Зимой плохо уходить.,
На снегу видать следы.
Каждый зверь в норе сидит.
Далеко он не уходит,
Дни вблизи норы проводит.
А зимой в лесу шататься —
на беду можно нарваться.
Львам не страшен зверь пока,
Страшна пуля мужика
Лев и львица торопились,
Ведь идут туда, где жили,
Где они тогда царили
И с медведем дружно жили.
Но потом, в хмельной там день,
Натравил зверей медведь.
Выгнал их из леса прочь.
Убегали день и ночь.
В страхе в норах отдыхали
И опять потом бежали.
Звери были всё везде,
Нападали каждый день.
Ноги часто выручали
И скорее убегали,
Если стаи сзади шли

От них милости не жди.
Попадешь — порвут в куски!
Лев и львица уже знали,
Как прижать там этих тварей,
Как за всё им отомстить
И детей троих найти.
Стали взрослые они.
И родню, может, забыли?
Нет, забыть их не забыли,
Ведь в плену они там были
И медведю всё служили.
Они были у чужих.
Как увидят, вспомнят их.
И в делах они помогут.
В дебрях надо повидаться,
Кто за них пойдёт сражаться.
Остальных всех припугнуть.
Десять львов их будет тут!
Такой силы не видали.
От двоих львов убегали…
Лев и львица так мечтали,
От людей бросаясь в дали,
В дебри девственной тайги,
Где поймать их не могли
С сетью злые мужики.
А охотники большие
Смерти сеяли лихие.
Много зверя извели.
Кой кого хоть приручили,
Дело делать научили
Лошадь мучают сейчас
И корова продалась
Им за сено, за овёс,
Ещё с ними блудный пёс

Но всё царство из зверей
Убегало от людей.
Уходили, где есть жизнь,
В дебри дикие тайги,
Чтоб не били мужики.
Там зверьё обосновалось,
хоть порядка было мало,
Но, почти, все выживали.
Только нет у них царя,
Величавого там льва
Вот тогда будет порядок
Тот, который царю надо.
Как тайгу Лев подчинит
Уж не сунется мужик:
Враз зверьё их загрызёт,
Не поможет и ружьё…
Лев со львицею мечтали.
Всех щенят спать уложили
И спокойны за них были.
И щенята крепко спали,
Спали, силы набирали.
Ведь у них был трудный путь.
За ночь надо отдохнуть
Завтра снова вдаль пойдут
Львята тихо подрастали
И в пути слабо шагали,
Своих родичей держали.
Лев и львица торопились
В те места, где раньше были.
Уже осень наступала,
А пути ещё не мало.
Правда легче им с едой:
Край здесь был уже глухой.
Зверя больше тут водилось,
Хорошо семья кормилась

Но охотники ходили
И следы везде их были.
Шли, хотя и торопились,
Но селения обходили,
Лучше прятали следы,
Чтобы люди не нашли.
Раз в пути всё ж оплошали.
Их охотники прижали
К стенке берега крутого.
Уже знали место львово
С трёх сторон их обложили
И всё ближе подходили.
Уже псы вблизи крутились,
Скаля зубы и сердились,
По храбрее уж кидались,
Но охотников все ждали,
никуда не отпускали.
Путь один — вверх по стене,
В склон крутой среди корней
Стали лапами цепляться
и по склону подниматься.
Там, где не было корней,
В землю лапами сильней.
И друг другу помогали,
Хвост и лапы подавали.
До кустов вверх доползли
И, казалось бы, ушли
Но щенки внизу визжат.
В кучу общую все сбились,
Зубы, когти распустили
И собак не подпускают,
А те яро, громко лают
И хозяев подзывают
Лев и львица покрутились,
Горько о щенках повыли,

Но тут люди появились
И стрельбу в кусты открыли.
Значит их убить хотят,
А щенков с собой забрать.
Лев и львица притаились,
За людьми внизу следили..
Там подводы подходили
На них клетки подвозили
И щенков в них поместили...
А потом дверки закрыли
Стали в гору подниматься,
Чтоб до львов уже добраться.
Лев и львица отбежали,
Чтобы их тут не забрали,
Не закрыли, как щенят.
Уж охотники поднялись
И собаки след их взяли
И тихонько догоняли.
Лев и львица разделились
И по лесу покружили,
А потом ручьём пошли.
Со следа собачек сбили.
Те, отстав, вдали кружились
Льву и львице тяжко стало.
Всё потомство их забрали.
Но щенята пока живы
И у львов есть много силы
Надо как –то выручать
У них отнятых щенят
Им не стоит уходить.
Надо за людьми идти,
куда будут их везти
Может выручат всех их
Иль погибнут и они

Постояв, всё же решили
И назад поворотили,
Чутко слушая тайгу,
Где идёт собачий гул.
Там, где их щенков забрали,
Два охотника стояли.
Их, наверно, дожидались.
Львы не стали подходить
И за ними тут следить,
А пошли на лай собачий.
И щенки там едут, плачут...
Краем близь дороги шли,
чтобы их не «засекли».
Так до вечера держались
И к селу уже добрались.
Все подводы там, в селе,
А щенков закроют где?
Близко львам идти нельзя,
На чеку там свора вся.
Снова бросятся в погоню,
В леса дальние загонят.
Здесь им надо наблюдать,
Маскировку соблюдать.
А охотники ходили:
Куда деть щенков — рядились:
Или надо их убить
Или надо накормить.
Жалость всё же их взяла.
По решению села
Щенков мясом накормили,
Клетку в хлев пустой закрыли,
А потом уже решили
Сообщить властям своим,
куда деть щенят всех им?

Власти сразу сообщили,
Чтобы львят они хранили
И кормили и поили,
Что щенков, мол, всех возьмут,
В зоопарк их заберут.
Даром так не отдавайте,
На них цены набивайте.
Лев со львицей пусть гуляют,
Если людям не мешают.
Коли будут где зорить,
То тогда уж их убить.
Лев со львицей, если б знали,
Что щенков уже прибрали,
В добры руки передали,
В зоопарке будут жить,
Вволю станут там кормить.
Если это всё бы знали,
То сидеть бы тут не стали,
Вглубь тайги бы вновь ушли,
Щенков новых завели.
Ну, а раз они не знали,
За селом всё наблюдали.
Знали мясо им давали,
Молочком их всех поили
И щенята уж не выли.
Лев всё сам определил,
Когда их старик кормил,
Сколько раз он в хлев ходил.
Все подходы ко хлеву
Были видны уже льву.
Выбрать надо лишь момент,
Было б тихо на селе
И собаки не шныряли,
В конурах своих бы спали


Вот уж ночка подошла,
Время нужное для Льва.
Лев со львицею пошли.
До хлева же не дошли,
Уж загавкали все псы.
Они спешно воротились.
Хоть людей не разбудили,
То была б опять беда:
Их погнали бы тогда.
Львы второй раз попытались,
но собаки вновь прогнали.
Наступил уж снова день.
Львы ушли поглубже в тень,
Чтоб их было не видать,
но им можно наблюдать.
И они весь день с села
Не спускали своих глаз.
И собачку уж видали,
Что с цепи к ночи спускали,
Та, которая ходила
У хлева лай заводила,
А за ней уж остальные
Поднимали лай цепные.
Вот её бы им убрать,
Можно б дело начинать.
Но собачка, видно, знала,
Где опасность угрожала,
Со двора не убегала
И хозяев охраняла.
Львы уж три дня пролежали
У села, момента ждали,
Чтобы выручить щенят,
С клетки той, где их хранят.
Ждали долго, отощали.

За добычей в лес сбежали.
Покормились, возвратились
А в селе люди столпились,
Уж щенят их увозили.
Клетку живо погрузили,
На телегу двое сели.
Кони быстро полетели.
Львы дорогою за ними,
Но дистанцию держали,
Чтобы их не увидали.
Время к полдню подходило.
Впереди вдруг тихо стало.
Там коней остановили.
Тишина в лесу настала.
Львы с дороги отошли
И вперёд леском пошли.
Дым учуяли они,
Осторожно поползли.
Видят - двое у костра,
Чайник греют у огня.
Собрались чайку попить
И лошадок покормить.
Их они не распрягали.
Кони травку так щипали
У дороги на лужку.
Клетка на телеге тут
И щенята в ней снуют.
Лев всё зорко оглядел.
Ружей нету у костра,
На телеге там лежат.
Львам тут нечего терять:
Надо деток вызволять.
Мужиков они не тронут,
А лошадок вот погонят

И стрелою львы помчались,
Где лошадушки стояли,
У телеги слева, справа
И вперёд коней погнали.
Мужики, как увидали,
Оба на землю упали,
Словно мёртвые лежат
Возле самого костра.
Кони уж галопом скачут,
Львы их сзади подгоняют
И дорогой направляют.
Не дают с пути сойти,
В лес иль в сторону уйти.
Гнали так вёрст пять иль семь.
Кони выдохлись совсем
Ещё с вёрсту пробежали,
На дорогу в грязь упали.
Все в поту и пене были
И в бессилье лёжа бились
Львы в телеге уже были,
Быстро клетку всю разбили,
Прутья выгнули и рвали
И щенят всех доставали,
А потом всем скопом в лес,
Все за львицей побежали.
Она всех их повела,
Где щенят у них забрали
И крутилися тогда,
Со следа собак сбивали
Там следов – не разобрать
И свои лучше скрывать,
Чтобы псы их потеряли
И от них совсем отстали,
А потом там по ручью

А потом вдоль по ручью
Выйти им в тайгу «ничью».
Вот где будет им раздолье
И ищи, как ветра в поле!
План у львицы очень прост,
Ведь пройдут теперь назад
Возле этого села
В ум селянам не придёт,
Что к селу их Лев пойдёт.
Мужики же от костра
Побегут теперь назад
В это самое село
Сообщить какое зло
Лев в пути им сотворил
И щенят всех захватил.
Там пока все соберутся,
Толки разные начнутся,
А потом к коням вернутся.
Если живы — заберут.
Сутки добрые уйдут
Потом следом их пойдут,
И кружить будут опять,
Где они поймали львят.
Но хитры и мужики,
Когда ехали в пути,
Тут поставили засаду:
Троих рослых пареньков
И здоровых пару псов,
Чтобы сутками глядели,
Коль появятся там львы,
Чтоб за ними двое шли,

Третий ехал бы в село,
Чтоб сказать: «Видали львов!»
Львица выводок вела,
Выбирала путь она,
Лев же сзади замыкал,
Чтоб щенок где не пропал.
Ещё были ведь глупы,
Завернут в лесок, кусты,
А потом их там ищи!
Сколь поднимут треска, шума,
Времени затратят уйма,
Всех лесных зверей поднимут
И сороки затрещат,
Станут их сопровождать.
Мужикам легче искать
Убежавших львов и львят
Львица всё вперёд бежала,
Сзади Лев, она то знала,
Но пройдя какой-то путь,
Давала детям отдохнуть.
Останавливалась в пути,
Прежде чем вперёд идти,
Со львами слушала тайгу,
Чтоб не выскочить к врагу
Вот один момент такой
Спас их свору всю с лихвой:
Они лай вдруг услыхали,
Значит люди там сновали,
Дальше путь перекрывали
И идти им не давали.
Львица Льву хвостом вильнула,
Чтоб с семейством отдохнул он,
А сама вперёд ушла,
Часто нюхая, дыша,

Уши, зрение навострила,
В кустах очень тихо скрылась,
Но не долго там ходила.
Увидала у костра:
Трое с псами там сидят
И о чём-то говорят.
Ружья рядом там висят.
Львица к Льву сразу вернулась
И опять вперёд пошла,
Сторожей же обошла.
И щенки чуть отдохнули,
Веселее вперёд дули.
Может, тоже они знали,
Что опасность избежали.
Вот к ручью уж все пришли,
Тут водички полакали,
Щенки матку пососали,
Потом на спины их взяли
И бредя, ручьём пошли.
Все щенки за шерсть держались
И ни разу не упали,
Воду под собой видали.
Потом вышли из воды,
Лесом тёмным все пошли
И берлогу там нашли.
Хоть и старая была,
Но вмещала всех она.
Тут на ночь остановились.
Возле львицы щенки сбились,
Лев не медля в лес ушёл,
Вскоре с козликом пришёл.
Он от матери отбился
И в лесочке заблудился

Очень жалобно кричал.
Лев его сразу прибрал.
Ужин им отменный вышел.
Мать козлёнка не услышит.
Вскоре все тут улеглись,
За все дни впервой счастливы.
Утром только рассветало,
сорока вдруг застрекотала,
застрекотала, затрещала,
всех она оповещала,
что в лесу вблизи видала,
В одном месте не сидела,
Сколько раз перелетела.
Кто-то, видно, лесом шёл
И сороку следом вёл.
Лев всё это распознал,
Из берлоги убежал,
Чтоб узнать, кто там идёт,
Может, завтрак к ним несёт?
Но прошёл там злой койот.
Лев не стал его тревожить,
То везде он растрезвонит,
Что его Лев сзади гонит.
Шум поднимет там в лесу,
Свору всю он соберёт,
За Львом по лесу пойдёт.
Хоть без завтрака остались,
Но вперёд опять подались.
Время их нигде не ждёт,
Гонит всё везде вперёд.
А в берлоге же сидеть,
Можно так и умереть.
Львята с львицею все шли,
Себя прилично все вели.

Хоть не быстро они шли,
Но в кусты уж не бросались
И в пути ныть перестали.
Лев же часто отбегал:
Им в лесу обед искал.
Но пока не попадало.
Может, дичи было мало.
Вдруг на долго отлучился.
Львица что-то всполошилась
И в пути остановилась
Дальше лесом не пошла
И теперь тут Льва ждала.
Глаза, уши навострила
И щенятам пригрозила,
Чтобы в травке не возились.
Вдруг знакомый слышит звук
И ответила тут Льву.
Вышел Лев с тушей оленя.
Он подбитый там ходил,
Еле ноги волочил,
А вдали к ним пёс бежал,
Видно, след его держал.
Знать плохой охотник был,
Что оленя не сразил
И на месте не добил.
Лев оленя придушил
И у ёлки положил,
Сам за ёлкой сзади стал
И за псом уж наблюдал
Тот по следу ко Львы шёл.
След же к ёлке той привёл.
Пёс оленя увидал,
Лаять с радости начал.
Лев в прыжке его сразил

Как щеночка придушил,
В мох под ёлочку зарыл,
А потом оленя взял,
На спине с ним пошагал.
Была туша не легка.
Нёс её издалека
Хоть след львицы и нашёл,
Но устал и тихо брёл.
Потом лёгкий звук подал,
Ответ сразу услыхал.
Всё поведал, выйдя, львице,
Сказал: «Надо торопиться»
Что охотник там в лесу.
Смерть нанёс он его псу.
Как найдёт — не пощадит
И за пса ему влетит.
Мясо быстро поедали,
до отвалу наедались,
где ещё так повезёт?
А наевшись, снова в путь
Здесь нельзя им отдохнуть.
Ножки задние он взял
И подбросил на себя,
Чтобы в ужин не ходить
И на завтрак был бы сыт.
Много вёрст все отмахали,
уже ночки поджидали,
но запах крови услыхали.
Волк с волчицей сзади шли
И волчат своих вели.
Все голодные они.
С львицей Лев остановились.
От них волки не отстанут
И тащиться сзади станут

В пути друзей волк наберёт,
За ним стая вся пойдёт.
Разделить мясо решили:
Одну ножку для себя,
А вторую — для волчат
Лев к ним ножку подтащил,
Кушать, вроде, пригласил
Волк не ушёл, остановился,
С волчицей к мясу воротился.
Львы с расстояния наблюдали,
как волки мясо поедали..
Не стали мясо они рвать,
А накормили всех волчат,
Потом волчица подъедала,
А волку было уже мало.
Когда же стаей всёй идут,
Вот уж тогда они всё рвут.
Ночь их вместе всех застала.
Со львами волки ночевали
И спали крепко до утра,
Не причинив другим вреда,
А утром вместе уж снялись,
Но волки быстро все отстали,
Волчата были очень малы
И тихо так вперёд шагали.
В пути львы весело бежали
И львята мало отставали
Обед хоть скудный получился,
Но в ужин лев вновь отличился
Нашёл у дерева лосёнка.
Вокруг дерева крутился
И в чьей-то петле задушился,
Но мяско было свежо
И все покушали его
Решили все здесь отдохнуть,
Прервать немного тяжкий путь

Прервать немного тяжкий путь
Своим детишкам-сорванцам,
Немного выспаться и львам.
Два дня всех львят львица учила,
Вокруг стоянки их водила,
Следы учила находить,
По следу каждого ходить
И запахи в лесу определять
У взрослых пап и у щенят.
В игре дошли уж до болота,
Вдруг закричал там кто-то.
Они пошли тогда на крик,
Но голос чей-то быстро сник,
И увидала вдруг лосиху.
Но как в болото забралась?
Совсем измучилась она
И львица льва тут позвала.
Лев быстро оценил дела.
Принёс к лосихе деревину
И к горлу самому придвинул.
Кустов набрал вблизи он сам
И сбросил всё к её ногам.
Она опору тут нашла,
Взметнулись вверх её рога,
Ногой упёрлась в деревину,
Собрав в рывке свою всю силу,
Из болота стала вылезать,
Стал лев лосихе помогать,
кусты под грудь её совать
И вот уж выползла она,
На землю твёрдую легла,
Идти же дальше не могла.
Львы лосиху окружили.
Она же набирала силы.

Встряхнув рогами, головой,
Поднялась сама собой.
Львы с пути посторонились,
Лосиху к лесу пропустили.
Попала в петлю же дитя.
Лосиха так к нему спешила.
Зыбун в болоте не заметила она,
Сама чуть жизни не лишилась,
Не будь тут жалости от львицы
И благородной помощи от Льва
Львы ночевать больше не стали.
Волкам лосину всю отдали
(львов на отдыхе догнал)
Болото было по пути,
Но львы решили обойти
Нельзя тут дважды рисковать.
Болото всех может забрать.
Зато тут ягод много было
И птицы всякой расплодилось.
Лев подкрадывался, хватал
И всех к семейству их таскал.
И львята сытые все шли,
На мордах птичий пух несли
Они заметно подросли
На пище северной тайги,
Когда свободными все стали
И гордо по лесу шагали
Уж знали, что они —цари
И будут в нём богатыри.
Богатыри зло не творят,
За справедливость все стоят.
Ещё большой путь впереди,
Увидят зла много они.

Но пусть сердца их не грубеют
И при любой погоде греют.
Уж солнце слабо пригревало
И осень смело наступала,
А утром изморозь и иней,
На лужах появились льдины,
Звери в норы зарывались,
А землю коркой покрывало.
Исчезли мухи, комары,
Но лишь до тёпленькой поры.
Ведь осень — это не зима.
Вот ветерок южный подул
И для зверей в лесу разгул.
Пищала снова мошкара,
Но было мало комара.
Зато в лесу полно добра,
Златая осень принесла...
А сколько яств для птиц, зверей
Для расточительных людей…
Как только солнышко взойдёт,
Все птицы сразу же в полёт,
На болотах и в лесах жируют.
Силы копят, кто на перелёт,
На зиму — кто в тайге живёт.
И для людей в лесах всем рай,
Что нужно, только собирай,
Но для пичужек –оставляй.
Наевшись, птицы больше спят,
Но звери кушать все хотят,
По лесам все пищу ищут
И вдоль болот за птицей рыщут
Земля всем пищу народила,
Зверей природа наплодила.
Под осень больше стало их.
По лесу семьями неслись.

 И на пути всё подбирали.
Зверюшки мелкие страдали,
Их больше всех в лесах съедали,
Хоть птиц под осень много было.
В кустах на ягодах ловили
Их коршуны и звери злые.
Ведь надо всем чем-то кормиться
И даже наш владыка — человек
Готовит с мясом стол себе.
Идёт в лес на большого зверя.
Нужна не птичка, не тетеря,
Лося, оленя подавай
На встречу и медведь не попадай.
Сразит и Мишку пуля злая.
О мелкоте не говорю:
Разят везде их на ходу.
Законы об охране пишет человек.
И рушит сам Природу человек.
Жестокого, всесильного, умней
Других зверей не видим на Земле..
Но все боятся пока Льва —
в лесной тайге жестокого царя.
И человек Льва люто ненавидит.
Пройдёт- медведя не обидит,
Но если Льва где-то увидит,
То рота целая людей пойдёт,
Убьёт или живого Льва возьмёт,
Осталось мало Львов-царей
Среди лесных красивейших зверей
И чтобы ублажить людей,
Зоопарки создаются для людей
И львят уж с детства приручают,
Чтоб дом, хозяйство охранял
Иль в цирке номера казал

Природу Льва всю искажают,
Из Льва марионетку создают.
Ну как же не противиться тут Льву,
Если природное в нём всё убьют?
Но наши львы всего не знали,
Почему им люди угрожали?
Но уже предполагали
И на себе людское испытали,
А потому подальше уходили,
Где бы вблизи люди не жили.
На Земле такое уже было:
Людей хватали, в рабство уводили,
Пытались сделать умненьких зверей.
Много веков люди страдали
И с рабством долго воевали,
Себе свободу силой добывали.
Но то ведь был не зверь, а человек
И то боролся много сотен лет.
Сознание рабства осталось у народа
И попрана везде у нас свобода.
Природы в людях истинной не стало.
Её живущие не знали.
Стремясь всё новое создать,
Природу стали беспощадно убивать.
Ещё заказники у нас в тайге
Остались от Природы кое-где,
Но новое на них всё жмёт.
Не сохранить клочки Природы
В соседстве с новым всё умрёт!
Куда Львы от людей бежали,
Бежали, чтобы им не угрожали,
Но куда, никто из них не знал,
Лишь царь зверей немного представлял.
Он однажды это испытал.,
Но с треском провалился.

С Природой Лев там не ужился.
Хоть горечь поражения испытал,
Но вновь с семьёй туда скакал.
Что он задумал применить
И как устроить Новый Мир?
Теперь не просто Лев бежал,
За всем в Природе наблюдал.
Стремился меньше её ранить.
Жестокость сохранила память.
Теперь вернёмся снова к львам.
Была уж осень. То известно вам.
Дожди противно моросили
И львов без зонтиков мочили.
Хоть тряслись, влагу сбивали,
Сырые от холода страдали.
Лев думал — лучше бы снежок,
От него бы не промок,
Тепло бы шкура сохраняла,
Ватага львов бы не дрожала.
Вперёд же надо торопиться,
Через леса к месту пробиться.
Ведь уже осень на носу
И неприветливо в лесу.
Ручьи и реки вскоре разольются
И с малышами не пробьются.
Придётся где-то переждать.
Еды уж вдоволь не достать.
Они все речки проходили,
Какие на пути им были.
Больших пока же не встречали.
Для ночлега укрытия выбирали,
Ветра, дожди чтоб не мешали
И, сбившись в кучу, обсыхали.

Детей в срединке сохраняли.
Им средь родных было тепло
И ночью спали хорошо.
В путь утром снова — не желали,
Когда дожди их поливали,
Но папа с мамой заставляли,
Чтоб ко всему здесь привыкали.
Дошли однажды до реки,
Её им надо перейти,
Чтоб путь на север продолжать
И от дождей бы убежать.
На остров всё же перебрались,
Но дальше — ширь и не пытались.
И благо — остров был большой.
Дичь перелётная садилась
И зайцы в норах расплодились.
Нашли землянку, где река.
Стара и нет в ней рыбака.
В ней ветра нет и дождь не мочит.
Им пригодилась она очень.
К ней зайцы часто подходили.
Учуяв львов- все уходили.
А дождь хлестал и день и ночь.
Лев на охоту выходил,
Но мокрый мало приносил.
И львята всё, почти, съедали.
Так всю неделю здесь прождали.
Вода же валом прибывала,
Надежду львов всю убивало
И остров постепенно затопляло.
Зверье, повыше где, сбегалось
И норки снова вырывало.
Львам легче пищу доставать:
Зайчишкам некуда бежать.
Их в лапах льва много бывало,
Зато семейство не страдало.

Однажды львы рано проснулись.
От шума больше не вздремнули
Уж островок стал очень мал
И у землянки всех зверей собрал.
Кругом везде была вода.
Для всех зверей — это беда!
Лоси с медведями уплыли.
Кто плавать с детства не умел,
На островке со львами были,
Себя отчаянно бранили
И как-то жалобно скулили.
Львы из землянки наблюдали
И тоже горя себе ждали.
Хоть львята плавать все умели,
Но силы слабые имели:
Не переплыть им всю реку.
Вокруг землянки на клочке
От страха сбились звери все.
У всех была одна беда:
Затопит скоро их вода.
Уж никого не обижали
И битвы тут не затевали
Сидели, как одна семья,
Страдая ж только за себя..
Зашевелились вдруг кусты,
К ним что-то плыло из воды.
Задевши землю — быстро стало,
На островок всё нажимало
И на воде оно держалось.
Откуда это принесло?
То было днище от баржи.
Старьё водою где-то сняло.
Кротов и крыс на нём кишит.
Других зверей не наблюдалось

А островок уж исчезал,
Зверей к землянке прижимал.
И вскоре всё везде вода о
И звери хлынули тогда
На днище старенькой баржи
И львы примкнули тоже к ним.
Вода же быстро прибывала,
Уже кусты все затопляла.
«Корабль» почувствовал свободу
И вышел на большую воду.
Зверьё всё плавать отправлялось,
Места посуше занимало.
Все вместе плыли, не скулили,
Спокойнее на днище были.
Хотя кругом везде вода,
Смотрели все на берега,
Куда несла их всех вода.
Авось поближе поднесёт,
Кой-кто на берег уплывёт.
Там лес от смерти сбережёт,
Лишь бы соседства не видать,
которое пришлось тут повидать.
А остальным придётся ждать,
Где «корабль» изволит стать.
Уж близко берега мелькали,
Но звери вплавь не рисковали
И львы с потомством наблюдали,
В реке мочиться не желали.
Но вот могучий вдруг толчок
И днище ткнулось в бережок.
И звери, словно это ждали,
Хвосты их быстро замелькали
И с днища скоро все сбежали.
А львы здесь были властелины,
«корабль» последними покинут.

И львы на берег тут сошли.
От влаги лишней отряхнулись,
За львом покорно в лес пошли,
Как к новой жизни все вернулись.
Давно их голод всех точил,
Но кушать львята не просили,
Прошедшим каждый ещё жил,
Как смертную Судьбу все пережили.
Хотя от голода страдали,
но силы львят не покидали.
Смотрели незнакомые места,
Уж жизнь казалась не проста.,
Но с каждым шагом новое видали,
Прошедшее тихонько забывали.
Уж дело к вечеру тянуло
И небо всё смотрело хмуро.
Дождь моросил иль поливал
И в тело холод добавлял.
Уж беспокойно львята шли,
Смотрели под коряги и в кусты,
Где б можно было им укрыться
И первою заметила то львица.
Нору под ёлкою нашла
И пригласила тут остановиться.
Нора была хоть не большая,
Но уж уютная такая.
В неё все плотно уместились.
От ветра и дождя укрылись.
Сначала все хоть подрожали,
Но постепенно согревались.
В ней львята мирно засыпали
И с львицей Лев не отставали
А утром было уж бело:

Кругом снежком всё замело.
Лев первый встал и побежал,
Следы по снегу он накидал,
Других следов же не видал.
Или же звери ещё спали
Или на снег идти боялись,
Но Лев вернулся вновь ни с чем.
А львята под деревьями шныряли,
Там снега не было пока
И сладки ягодки сбирали.
Лев раньше ел их иногда,
Когда с едой была беда.
Теперь им нечего здесь ждать.
Вряд ли будет тут еда.
И Лев со львицею пошли,
За ними шли все малыши.
Теперь шныряли по кустам:
Нет ли живности им там?
И мыши, крысы попадались,
Кой чем немного наедались,
А раз поймали глухаря,
В кустах запутался в ветвях,
Когда оттуда стал взлетать.
Успели за крыло поймать
Тут львята голод заморили
И веселее уже были.
В лес дальше стали отходить,
Чтоб пищу где-то находить.
Пока же львятам не фартило.
Лев на охоту сам пошёл,
Но дичи крупной не нашёл.
Зайчат с зайчихою видал,
Но вспомнил остров и не взял

Под деревом в норе ночь переспали
И снова дальше побежали.
День с солнцем выдался теперь,
С деревьев капала капель.
Снежок уж таял повсеместно
И солнце грело так прелестно.
Их если б голод не морил,
То каждый счастлив теперь был.
До счастья полного, однако,
Было им далековато.
Весь день голодные прошли
И две речушки перешли.
Там пару рыбок изловили
И голод этим заморили.
Под вечер Лев опять ушёл.
Следы какие-то нашёл.
Бродил до самой темноты.
Нашёл оленьи он следы.
По следу очень долго шёл.
Олень кружил, куда-то вёл.
Лев, наконец, его догнал
И к львице быстренько погнал.
Ведь если б тут его убить,
То далеко надо тащить.
Когда совсем уж близко стало,
Олень львов запах услыхал
И резко в сторону забрал.
Лев увеличил свою прыть.
Оленя сходу успел сбить.
Олень хоть резво убегал,
Но раною в боку страдал.
Из раны кровь ещё всё шла
И гибель скоро бы пришла

Он тушу вскоре притащил
И пир горой до ночи был.
Животы, как мяч, надулись.
Наевшись мяса, все уснули.
Под утро слышат чей-то храп,
Лев встал скорей из-под коряг:
Три медвежонка мясо их едят.
Лев вначале зарычал,
А потом разглядывать стал:
Они так сильно отощали,
Кусками мясо всё глотали.
Когда же Льва тут увидали,
Вначале быстро отбежали,
Но мясо так тянуло их,
Забыли, что тут рядом львы.
Тихонько стали подходить,
Чтобы кусочек там схватить.
Тут львица с львятами проснулись
И львята к мясу все шагнули.
Едят и хвостиками машут,
Мол, не гнушайтесь мясом нашим.
Медвежата любопытны были,
Тихонько к мясу подкатили
И тут знакомиться все стали,
Обнюхав всех, хвостом махали.
Знакомством все довольны были,
Однако, осторожность не забыли.
Наевшись, вздумали играть,
пустились по кустам бежать.
Вдруг у ели они стали
И медведицу увидали.
Она недвижимо стояла,
За всеми ими наблюдала.
А делать что? она не знала.

Львята с медвежатами сдружились
И весело кругом носились.
Ведь сытые все были
Лев с львицею медведицу видали,
А что она голодная — уж знали.
Она на мясо всё смотрела,
Но ближе к львам идти не смела.
И львы в сторонку отошли.
Медведица, вроде, осмелела
Иль голодуха одолела,
Решила к мясу подойти,
Часто останавливаясь в пути
И глаз со львицы не спускала.
Кусочек мяса быстренько достала,
Обратно к месту пошагала.
Так повторялось три раза.
На четвёртый — осмелела:
На месте досыта наелась
И медвежат всех позвала,
А с ними львята подбежали,
Приветливо хвостом махали.
Медведица обнюхала всех их
И в лес с семейством подались.
Львы к мясу снова подошли
И на еду остаточки нашли
Львят резвившихся позвали
И лесом весело шагали.
Сорочий гвалт везде трещал,
Лесную дичь оповещал,
Что царь лесной в лесу шагал.
Вороны каркать не устали
И о беде предупреждали,
Однако, все они не знали,
Что львы все сытые шагали.

Что с медвежатами медведица идёт
И она беды не принесёт.
Все дни бежали резво львы.
Их львята много подросли.
Уже в пути не отставали,
по кустам вовсю шныряли,
с добычей часто возвращались.
Снег стоял в лесах теперь
В снегу лежали птицы, зверь.
Озёра все позамерзали
И львы по льдам уже шагали.
Болота тоже их держали.
Ручьи все смело проходили,
Но льды на реках ещё плыли
И львы теперь уж не спешили.
Пришла в леса везде зима.
Все львята к снегу привыкали,
Следы в снегу распознавали
И за добычею льва звали.
Но Лев без них про это знал.
Не всякий след он выбирал,
А тот, где звери или хромал
Или без стада он бежал.
Волки часто с ним встречались,
Но увидав, все убегали.
Лоси все к северу ушли,
в тиши убежища нашли
и им пока не попадались.
Ушли в берлоги Мишки спать,
Всю зиму лапу там сосать,
Себе семейство поджидать.
В лесу лишь были «шатуны».
Своей берлоги не имели
И в холода в чужих сидели

Олени с тундры прибывали
И на ягельниках жировали,
Пока немного снега было.
А вот весна как подойдёт
И много снега нанесёт,
До корма трудно уж добраться.
И наст весенний ноги ранит,
Питались ветками, кустами
Или что люди им достанут.
И львам не так легко ходить,
Но всё же можно зимой жить.
В тайге всегда в достатке птицы,
В снегу тихонечко порыться
И пищей можно там разжиться.
Лев с львицей к северу бежали,
Туда, где раз они бывали,
Но власть свою не удержали.
Сейчас им надо посмотреть:
Как там властвует Медведь,
Да львят своих ещё забрать.
Потом уж видно, что там делать,
Какую власть там создавать
Или же вольно зверью бегать.
Зима не всем погоже время,
Для многих тяжкое то бремя,
Хотя лютуют холода
И дни короткие тогда,
Но холод зверь перенесёт,
Коль пищу он себе найдёт.
А находить — ох, трудно там!
Без пищи много погибает
И сильный только выживает.
Зима всегда во всём права
И накажет за дела.

Людей — за леность и халтуру,
Зверей — за трусость их и дурость.
Мы все Природою соримся,
За то ответ держать боимся.
Природа нас всех создала,
На свете все творит дела.
С Природой если не дружить,
Она не даст нам дальше жить.
Сама умрёт и нас убьёт.
Теперь Природа вся страдает,
Болеет всё везде она,
Болезни нам несёт она.
А там, где есть клочки Природы,
Жизнь красоваться будет годы…
Теперь Лев семью тихо вёл.
Снег тропки летние замёл.
Сугробы, снежные бураны
Нужны Природе для охраны,
Как летний жар и все ненастья
Природе выданы для счастья,
Чтоб благо всем она несла,
Могла работать, защищаться,
С своими недругами драться.
Львы в снегах шагали тихо.
Зима для них — большое лихо.
Лев впереди семьи шагал,
Тропу для львицы создавал.
Львица шла — тропу топтала,
А сзади львята все бежали,
Но к полдню очень уставали.
Дорогой пищу доставали,
Укрытия, норы находили
И там всю ночку проводили

А дни — в походе пребывали.
Идя по лесу — замечали,
Где звери разные ночуют
И птицы как в снегах зимуют.
Когда выходят все кормиться,
Чтоб пищею на ночь разжиться.
Когда пурга в лесу играла
И след звериный заметала
Или Мороз ходил, трещал,
Весь зверь в укрытиях лежал.
Хоть в животах у всех урчало.
Впустую бегать – пользы мало,
Без толку силы лишь терять,
Их зверю надо сохранять
И жизнь в борьбе не потерять.
Зато, когда пурга пройдёт
И солнце на часок взойдёт,
В лесу начнётся вся «работа».
Пищу все пойдут искать,
Деревья птицы облетают,
Там почки-мочечки клюют
И по кустам ниже снуют,
Остатки ягод подбирают.
Когда в снег станут укрываться,
Могут в зубы хищнику попасться.
И сами хищники страдают:
В лапы сильных попадают.
Идёт борьба за выживание.
Кто больше пищи наберёт,
Тот дольше всех и проживёт.
Лев — царь! Он пищей не страдал,
лосей, оленей забивал
И если мишка попадёт,
Ему от Льва не повезёт!

Когда запасы пищи были,
Львы меньше по лесу кружились.
Зимою мясо замерзало,
Не портилось и свойства сохраняло.
И если с лосем расправлялись,
на месте долго оставались,
спали тут и жировали.
Когда лишь кости оставались,
Тогда охотиться бросались.
У львов такие «праздники» бывали.
Лежали и вперёд не продвигались.
Но Лев не часто их лосиной угощал,
А больше всё вперёд шагал.
Уж львята были не котята.
Хотя с лосями не сражались,
Но зайчиков в кустах хватали.
Зима к весне перевалила
И солнце долго всем светило.
Однажды Лев остановился,
Кругом обнюхивать всё стал
И по лесу закрутился,
Наверно, что-то он узнал.
К себе он львицу подозвал
И оба ходом в лес пустились,
Опять немного покрутились,
Теперь уж прямо оба шли,
За ними львята все брели.
Под вечер вышли на поляну,
Изрытую всю норами и в ямах.
Лев с львицею её узнали:
Здесь пытались царствовать они.
Но Медведь прогнал отсюда их.
Лев носом указал на холм
Чуть-чуть несло с него парком
Все ближе к месту подошли

Медвежий запах учуяли они
Шерсть дыбом стала вся у Льва
И львица к бою замерла.
А львята рядом стали,
Хоть раньше в битвы не вступали,
Теперь решили помогать,
Врага старинного одолевать
И битвы им не надо проиграть.
Ведь столько Лев тайги исколесил
И сколько приложили сил!
До места нужного дошли.
В походе все они окрепли
Любую у Медведя рать
Теперь им надо разогнать.
Ко входу тихо подошли,
Гнилые запахи пошли
И душно стало им дышать,
Но Лев тут вспомнил Несуна.
Погиб, однако, сатана!
Но что с Медведем тут случилось,
Во что же его царство превратилось?
Наверно, разжирел и растолстел
И без разбору много пищи ел.
Ему налоги приносили
Жратвы излишки уже были
И по углам везде там гнили.
В берлоге никто не очищал.
Медведь ленивцем, видно, стал.
Похожим кое-чем на Несуна.
Несун по лесу хоть носился,
А этот вовсе обленился.
И как же тут его держали
И вдосталь пищею снабжали,
Ему кто в этом помогал?

Никто из львов того не знал.
В берлогу тихо Лев вступил
И никого не разбудил.
После жратвы был «тихий» час,
Как у людей это сейчас.
С Медведем медведица была
И тут же спали их три льва.
Большими за два года стали.
В лесу бы встретить — не узнали,
Но здесь они как поведут?
Вдруг не узнают родителей своих,
С медведями набросятся на них.
Как крепко спят — даже не слышат,
Но все живые, с храпом дышат.
Лишь Лев теперь сообразил:
Запах тут вином разил.
Спят крепко - все перепились.
За сынов спящих взялись.
Всех из берлоги вытащили их
И в чувство стали приводить
И львица больше всех старалась.
Она их по снегу катала
И в память привести пыталась.
Наконец, один зашевелился
И на львицу-мать воззрился.
Не знал он: явь то или сон?
На мать смотрел так странно он,
Пытался что-то вспоминать
И виденье тяжёлое прогнать,
Но постепенно стал он узнавать,
Уж в нос лизал родную мать.
Когда кругом он оглянулся
Ко Льву – отцу уж потянулся,
А увидавши рядом львят,
На них тихонько стал рычать.

Но в них запах матери узнал
И очень быстро замолчал.
А львята-братья подбежали
И все тут радость проявляли.
Лев- брат хвостом хоть повилял,
Но ближе к матери он стал.
И два других зашевелились,
В прохладном воздухе заныли,
Потом глаза свои открыли
И быстро на ноги вскочили
И стали что-то вспоминать
Но мать и брата увидали,
Понюхав мать, по-детски завизжали
И рядом меньших братьев увидали
И все знакомиться ту стали.
Порядком времени прошло,
Пока всё в норму тут вошло.
Семейка львов восстановилась,
Вокруг родителей носилась.
Вдруг Медведь в берлоге зарычал,
Свою охрану к себе звал.
Три брата-льва хоть задрожали,
На зов к нему не побежали.
Медведь свой вызов повторил
И недовольный в берлоге заходил.
Наверно, он охранников искал,
Потом трясти медведицу он стал.
Та грозно на Медведя зарычала
И из берлоги уже гнала.
Медведь тут вышел весьма пьяный,
Орал, ревел на всю поляну.
Зверюшки, кто тут пребывали
И жизнь Медведю услаждали
С полянки быстро разбежались.

Медведь по поляне всё ходил,
Берлоги, норы все громил.
Когда чуток он протрезвился,
На львов стоящих вдруг воззрился
Всё за виденье стал он принимать
И в них камнями стал кидать
Виденье всё не исчезало
И неподвижно тут стояло.
Решил Медведь их всех прогнать.
«Дубину надобно достать».
Медведь уж стал соображать.
Осталась тут от Несуна.
Дел наделает она!
Лев быстро на ноги вскочил
В прыжке дорогу преградил.
К берлоге Медведя не пустил.
И оба в битве тут схватились,
Когтями накрепко сцепились
И по земле уже крутились,
За глотку ухватить стремились.
Рёв неимоверный был.
Лев Медведя за голову схватил
К земле с силой придавил.
Медведь силён, не поддавался
И встать на ноги пытался.
Но вдруг медведица явилась,
И за Медведя бы вступилась,
Но львица медведицу с ног сбила,
Огромный сделавши прыжок,
Уселась крепко на загривок
И голову назад её сломила.
Тут детишки в бой вступили,
Медведя сзади облепили,
Стали рвать его, кусать

От Льва пытались отогнать.
Медведь вертелся и крутился,
За глотку Льву чуть не хватился.
Львица это увидала,
Ведь медведица уж подыхала.
Прыжок второй свой совершила
И Медведю в глотку впилась.
Держала намертво его
Пока Медведь тут не издох.
На этом битва завершилась.
Лев с львицей раны получили.
Сидели на снегу, лизали,
А сыновья, урча, медведей рвали.
Затихло всё теперь кругом
Зверюшки в норах все дрожали,
И делать что — они не знали.
Боялись выглянуть, узнать:
Какая к ним пришла Напасть?
Львят тройка старших сыновей
Бежали по полянке поскорей,
Всех извещали там зверей,
Что медведи все мертвы
И владеть пришли вновь Львы.
Власть медвежью звери знали
И про львов уже слыхали.
Сладше жизнь при них не станет,
Если будут напиваться
Со зверьми полезут драться.
Как узнали, что львов -десять,
Не прожить им- всех повесят
И на солнце станут вялить
И от старших львят узнали:
«Львы к себе зверей сзывали.
Манифест будут читать
Власть какую почитать»

Звери горести все знали
Всех властей они боялись,
Но решили всё ж узнать,
Как им жить и бедовать?
Все собрались у берлоги.
Там сидели уже львы.
Как они их увидали,
У всех ноги задрожали.
Так и просятся бежать,
Но куда? Ах если б знать!
Видят: львов довольно много.
Малышей вон сколь растёт,
Как и взрослый мясо жрёт.
Всех их тут не прокормить
Надо зверям уходить.
Места новые искать,
Где не станут налог брать
И свободным можно стать.
Так зверьё всё рассуждало,
А что будет тут – не знало
Лев тут многих из них знал
И знакомых увидал,
Кто их в шею провожал,
Когда Лев отсель бежал.
Он сурово посмотрел
И на тех, кто тут сидел
И Медведям помогал,
Зверей дочиста обкрал.
Но, однако, больше тех,
Кого кормит добрый лес
Кто всю жизнь живёт в лесу,
Там родились и растут
Лев всем зверям так сказал,
Даже снег с ветвей упал,

Что царём у них не хочет.
Царство ваше львы все бросят.
Вас Медведи разорили,
Да и раньше плохо жили
А всё дело у вас в том,
Что живёте, как дурдом
Прав своих вы не знавали,
А чужих вы — не видали,
Так и путались в ногах
Средь сильнейших в дураках.
Я по праву здесь стою
И привёл свою семью,
Чтоб Медведей здесь убрать
И по правде жить начать.
Манифест вам зачитаю,
Чтобы вы все жить как- знали:
Первый пункт — все вы свободны
И живите, как угодно.
Все налоги отменяю,
Власти все я изгоняю.
Кто нарушит первый пункт,
Тем я голову снесу.
Пункт второй — в лесу не трогать
Всех детей любого рода,
Женский род любых мастей,
Кроме тех, кто без костей.
Кто нарушит пункт второй,
Тот заплатит головой.
Третий пункт весьма всем важный,
Он касается жилья.
Каждый зверь, где б он ни жил,
Не мешал жить и дружил,
Всем голодным помогал
И приют им предлагал
Третий пункт кто здесь нарушит,
Выселяться будет с суши

Пункт четвёртый — для зверья:
Много мяса есть нельзя.
Травы, ягодки глотайте.
Витаминов много в них
И лечение для больных.
Кто на травы перейдёт,
Тех не трогать целый год.
Вот вам всё я зачитал,
Чтобы каждый это знал.
В жизни это соблюдал.
А чужие кто придут
И неволить станут тут,
Тем всем головы сносите
И назад идти велите.
Мы с недельку погостим,
Наберёмся свежих сил
И в другой край побежим.
Вам счастливо оставаться,
Хищникам не поддаваться.
Звери все «Ура!» кричали,
Но по-своему, как знали,
львам счастливый путь желали,
там своё царство открыть
на травках, ягодках им жить.
Львы неделю тут пробыли,
Всё съестное потребили,
Сколь Медведь тут припасал.
Утром Лев раненько встал,
Львицу лапой растолкал
Мол, вставай и собирайся
И с детьми здесь распрощайся.
Куда восемь душ таскать
Да еду всем добывать.
Стали все уже большие.
Куда нужно им — уйдут.
Львы нигде не пропадут

КОНЕЦ СКАЗКИ

Обсудить "Сказку" на форуме

Написать письмо Василию Большакову

Список книг Василия Ивановича Большакова

вернуться