СТАТЬИ 1958 г.


© "Ленинец", четверг, 8 мая 1958 года.
© Этот текст форматирован в HTML - www.pechora-portal.ru, 2006 г.
 
 
 
Жорж приехал на Север
Рассказ

 

   А. СИРОТА

    В леспромхоз прибыли посланцы комсомола, и с ними — Жорж Губкин.
   На станции он недовольно оттопырил тонкие губы, приподнял вверх тоненькие, как ниточки, выщипанные брови и высказал свое неудовольствие:
   — Ни музыки... Ни лозунгов! Плохо нас встречают.
   Прибывшая молодежь штурмом взяла борта автомашины.
   — Беспринципная публика! Цены себе не знают!
   Но делать нечего. Жорж тоже направился к автомашине.
   Все его попутчики столпились около кабины и, ухватившись друг за друга, громко запели.
   Жорж примостился позади, где было свободно. Трясло ужасно. Кепочка-восьмиклинка с крохотным козырьком, слетев с головы, валялась под ногами.
   В отделе кадров на работу их оформляла обворожительная блондинка лет двадцати. Когда подошла очередь Жоржа, он, грациозно наклонив голову на вытянутой шее, полушепотом спросил:
   — Вы не из Москвы?
   От еле сдерживаемого смеха на висках блондинки напряжение» язвились синенькие жилки. Да и как тут не рассмеяться: к верхней губе прилепились маленькие усики, длинные волосы сколоты женским гребешком. Умора, а не парень.
   — Нет, я местная жительница! — улыбнулась блондинка, и вдруг суровая складка легла между ее бровями.
   — А что вы делали, молодой человек, два года после окончания средней школы? — резко спросила она, рассматривая документы Губкина.
   Жорж томно закатил глаза под лоб, игриво улыбнулся.
   — Находился на иждивении почтенного родителя и дерзал!
   — Дерзали? — блондинка критически посмотрела на него большими голубыми глазами.
   — Да, дерзал. Старался стать студентом. Но безуспешно. А теперь жестокий папа послал свое единственное чадо на Север, отрабатывать необходимый производственный стаж!
   Лицо блондинки передернулось. Быстро заполнив бланк, она подала Жоржу направление на работу.
   — И это все? — удивленно пожал плечами Жорж.
   — Вполне достаточно для того, чтобы начать трудовую — бросила блондинка.
   Это было в субботу. Новое пополнение лесозаготовителей устраивалось в общежитии, получало спецодежду. Досадовали, что новая жизнь начинается с выходного дня.
   Жорж с брезгливой гримасой смотрел на телогрейку, ватные брюки, шапку-ушанку и неуклюжие серые валенки, лежавшие на его койке.
   — Если всю эту спецодежду одеть на себя, станешь похожим на чучело!
   Стало грустно. Но Жорж встряхнул своей гривастой шевелюрой и нежно погладил лежавшую под подушкой бутылку «Мадеры».
   В клуб на молодежный вечер он явился в полном вооружении первоклассного стиляги: нежно-голубого цвета брюки трубочкой, широченный неопределенного цвета пиджак почти до колен, туфли на подошве в три пальца толщиной и умопомрачительный галстук с громадной брошкой, изображавшей обнаженную женщину с лицом обезьяны. До приторности крепкие духи не могли перебить винный запах.
   В зале насторожились. Молодежь решила, что это загримированный участник художественной самодеятельности, и с нетерпением ждала нового веселого аттракциона.
   Жорж опытным взглядом окинул зал. Его взор остановился на смуглой изящной девушке в красивом голубом платье. Это была сучкоруб Катя Рубцова. Церемонии с провинциалками излишни. Жорж подошел к ней молча взял за руку. Девушка опешила от неожиданности, но закружилась с ним в танце. Вдруг хлыстообразная фигура ее партнера начала изгибаться в конвульсиях, ноги выбрыкивали какие-то замысловатые «па», завершавшиеся громоподобным треском толстых подошв. Катя сначала подумала, что у молодого человека припадок, но, глянув на сосредоточенно вытянутое лицо и полузакрытые глаза Жоржа, поняла, что все эти фокусы он проделывает, находясь в здравом уме и твердой памяти.
   Катины щеки залил багровый румянец. Все прекратили танцевать и смотрели на них. Катя попыталась вырваться, но Жорж цепко ухватился за нее и продолжал свое вихляние. На помощь подоспела крановщица Ольга Быстрова с красной повязкой на рукаве. Она — дежурная по клубу.
   — Прошу прекратить безобразие!
   Пьяные глаза Жоржа сузились.
   — Очаровательная крошка! Прошу вас на тур вальса!
   В глазах Оли сверкнул злой огонек.
   — Только в том случае, если вы не будете нарушать приличия в танце!
   — Милое дитя, вы бесподобны! Я готов вас расцеловать!
   — Рискуете получить пощечину! — Оля резко повернулась и пошла прочь.
   Жорж направился на свободное место около девушки с задумчивыми глазами.
   — Разрешите познакомиться: Жорж Губкин, сегодня прибыл из Москвы!
   — Очень приятно! — улыбнулась девушка, — Светлана Козловская, мастер леса. Три года тому назад тоже приехала из Москвы!
   Лицо Жоржа расплылось в улыбке.
   — Москвичка! Как рад вас встретить! Эти лесные девушки такие дикие, что ничего не понимают в новой культуре!
   Светлана пристально посмотрела на него.
   — Ошибаетесь, товарищ Губкин. Оля и Катя — бывшие десятиклассницы и тоже москвички!
   Выпитая «мадера» кружила голову. Жорж нервно закурил толстую папиросу.
   Как из-под земли выросла Ольга Быстрова.
   — В клубе курить запрещается!
   Жорж вышел из терпенья и закричал на весь зал:
   — Отстаньте! Одичали вы тут! Отстали от культуры!
   Два коренастых тракториста вежливо, но внушительно взяли его под руки, натянули ему модное пальто и кепочку-восьмиклинку. Провожая за дверь, предупредили:
   — В пьяном виде в клубе больше не появляйтесь!
   На другой день прибывшие комсомольцы на своем собрании резко осудили Жоржа Губкина.

 

вернуться