СТАТЬИ 2007 г.


© "Печорское время", пятница, 10 августа 2007 года.
© Этот текст форматирован в HTML - www.pechora-portal.ru, 2007 г.
 
 
На всю жизнь
 
 

   Продолжаем публикацию отрывков из «Воспоминаний о семейной жизни Кругловых Василия Ивановича и Анны Мартыновны». Предлагаемые вашему вниманию страницы представляют интерес и как увлекательный и поучительный рассказ о судьбах человеческих, и как свидетельство очевидца о жизни Печоры и печорцев на заре появления нашего города.

Нюра

   Моя жена Круглова Анна Мартыновна, до замужества Вокуева, родилась в 1920 году в припечорской деревне Бызовая. Вот несколько историй из её детства, о которых я знаю по рассказам.
   В 1921 году в начале лета у Вокуевых в деревне Бызовой полностью сгорел дом. Это произошло в тот момент, когда всё взрослое и здоровое население деревни уехало за реку на чистку лугов, чтобы подготовить их к сенокосу. Нюра ещё была маленькой, спала в люльке, её успели вытащить из горящего дома вместе с люлькой через окно.
   В том же году её отец Мартын Кузьмич Вокуев ушёл пешком в деревню Усть-Кожву за солью и не вернулся: нигде его не нашли, пропал без вести. В прошлом Мартын Кузьмич, как и все ижемцы, занимался оленеводством, имел своё небольшое стадо оленей. Старожилы в Бызовой рассказывали невероятные истории о его смелости и решительности. Однажды остяки (народность Западной Сибири) украли у него и стали угонять за Урал стадо оленей. Он в ярости догнал этих остяков-угонщиков, обрезал у них все лямки оленьих упряжек и этим остановил движение, и спас своё стадо. Завязалась драка между несколькими остяками и Мартыном, и он, увернувшись, откусил одному из остяков нос, хлынула кровь, остяки испугались и разбежались. С этих пор Мартына прозвали по-коми «ныр сёйысь Мартын».
   Рассказывали также, что однажды он в целях спасения оленей от волков практически на ходу вынужденно снял шкуру с живого оленя и отпустил его. Олень побежал, волки набросились на окровавленное животное и отвлеклись, а Мартын Кузьмич в это время сумел увести своё стадо в безопасное место. Говорят, что он был очень сильным, находчивым и мастеровым.
   В 1932 году в августе родственник семьи Михаил Петрович Семяшкин перевёз Нюру и двоюродную сестру Варвару на лодке на проплывающий за пароходом плот и посадил их на него, чтобы они доехали на плоту до Усть-Усы, а там устроились на учёбу в школу. На перекате около деревни Усть-Лыжа плот развалился, и девочки оказались в воде. Спасли их команда парохода и сенокосники, работавшие на лугах. Учиться Нюре пришлось в разных школах: в Усть-Кожве, в Бызовой, в селе Петрунь и наконец в селе Новикбож.
   После окончания семилетки она прошла девятимесячные учительские курсы в селе Мохча Ижемского района и в 1938 году начала работать учительницей начальных классов в селе Петрунь и деревне Роговой по реке Усе. Потом были шестимесячные курсы пионервожатых и физкультурников в Сыктывкаре при обкоме комсомола и работа в Усть-Усинской школе старшей пионервожатой. В 1941-1943 годах Анна Мартыновна — учительница Адзьвинской начальной школы (село Адзьва-вом по реке Усе). С 1943 года, после окончания заочно Печорского педагогического училища в селе Мохча Ижемского района, и по 1946 год работала заведующей Кожвинской начальной школой в деревне Усть-Кожва.

В послевоенном Канине

   Вокуева Анна Мартыновна, учительница начальных классов Усть-Усинской школы, молодая, красивая, приглянулась мне еще до армии в 1940 году. Но ближе с ней познакомился только в октябре 1943 года, когда приезжал из армии в краткосрочный отпуск к родителям в деревню Кожву. К тому времени Анна Мартыновна уже жила и работала там заведующей школой. После отпуска переписывался с ней до 1945 года.
   Демобилизовавшись и вернувшись домой на пристань Кожва, сразу же навестил Анну Мартыновну в деревне (в 2 км от пристани).
   Несмотря на то, что я стал работать в посёлке Канин (в орсе порта), с Анной Мартыновной мы встречались каждый день. После работы я шёл 8 км. в деревню Кожву пешком, а утром рано возвращался на работу в Канин: транспорта тогда никакого не было.
   Расписались мы 15 июня 1946 года в Кожвинском сельсовете.
   Условия жизни и работы в сельской школе, особенно в годы войны, были тяжёлыми. Продуктовые карточки отоваривались не полностью, приходилось держать свиней и самим же учителям (женщинам) заготавливать на зиму дрова для школы.
   Вместе с Анной Мартыновной жила и работала в школе уборщицей Матрёна Александровна Пономарёва (жена фронтовика), у неё было трое детей дошкольного возраста, питались все вместе. Когда садились за стол, Матрёна Александровна брала в руки каравай хлеба и, прежде чем отрезать ломтик, обращалась каждый раз к детям со словами: «Колька, да Митька, да Алька, да когда же мы будем кушать досыта хлебушка-то?» Эти слова Анна Мартыновна позже очень часто вспоминала.
   После переезда из деревни Усть-Кожва в посёлок Канин Нюра более тринадцати лет, до 1959 года, работала учительницей начальных классов в школе №2.
   Школа сначала размещалась за лесозаводом в деревянном здании, разделённом кирпичной стеной как бы на две половины. Затем её перевели в новое деревянное здание на берегу около пристани. Позже, в 1950 году, было построено первое кирпичное здание школы №2 на углу Печорского проспекта и улицы Ленинградской. Первыми директорами школы были Алексей Николаевич Шергин, Вилен Васильевич Мороз, Фёдор Кононович Филиппов.
   В то время в начальных классах детей было по 45-50 человек, работать с таким количеством учеников Анне Мартыновне было очень трудно. Приходилось иногда и мне, как мужу учительницы, помогать ей: проверять вместе на дому тетради, оформлять классные журналы... По программе «Всеобуч» ходил с ней по домам и квартирам с целью выявления детей, не посещающих школу. С проекционным аппаратом «Алоскоп» много раз ходил в школу и показывал детям диафильмы, которые часто сам озвучивал.
   Жили мы на пристани Кожва (Промкомбинат) вместе с родителями до 1948 года. Ходить на работу зимой приходилось в посёлок Канин каждый день пешком туда и обратно, а летом ездить на пригородном пароходе «Двина», где капитаном был Николай Степанович Ильин.
   Весной и осенью, когда была распутица, приходилось обращаться в караульное помещение охраны железнодорожного моста и с разрешения охранников переходить реку Печору по мосту и утром, и вечером.
   Время было голодное, продукты покупали по продуктовым карточкам.
   Вспоминается лето 1947 года, когда нежданно-негаданно бог послал нам два ведра свежей рыбы — сигов. А дело было так: днём в солнечный день я прогуливался по обсохшему руслу реки между коренным берегом и островом «Середовой ди» (Средний остров). Там бежал мелкий-мелкий ручеёк, в котором я неожиданно обнаружил глубокий омут размером около трех метров в длину и ширину (круглый), а в нем — много плещущейся рыбы. Я сбегал домой, пригласил брата Васю с бреднем, и мы с ним, не заходя в воду, выловили этих сигов, довольно крупных кстати.
   Летом 1948 года в посёлке Канин два месяца жили на частной квартире у знакомых Десятовских (пока они были в отпуске), а потом поместили нас в барак в одну комнату с многодетной семьёй, отделив тканевой занавеской. Эта наша «полукомнатка» составляла не более 6 кв.м. Никакой мебели, даже стола, не было. Стояли только железная койка с ватным матрацем и табуретка. Писать, проверять тетради и готовить уроки приходилось прямо на койке. С началом лета 1949 года пароходство выделило нам одну комнату в деревянном двухэтажном доме №10 по Печорскому проспекту: он и сейчас ещё стоит напротив школы №2.

Василий КРУГЛОВ.

 

вернуться