СТАТЬИ 2007 г.


© "Печорское время", суббота, 19 мая 2007 года.
© Этот текст форматирован в HTML - www.pechora-portal.ru, 2007 г.
 
 
Почему опоздала помощь?

 

   «Уважаемая редакция! Через вашу газету мы, жители с. Приуральского, хотели бы получить ответы на вопросы, затронутые в нашем письме. А суть состоит в том, что 1 мая 2007года получил огнестрельное ранение подросток 17 лет Василий Дёмин. Мы крайне возмущены бюрократизмом, с которым нам пришлось столкнуться при вызове сан-авиации для вывоза раненого.
   Вызов фельдшера М.Ю.Забоевой поступил на станцию «Скорой помощи» около 22 часов вечера, а борт прибыл в Приуральское только в 1 час 30 мин. ночи. По дороге в больницу Василий скончался, так и не получив своевременной хирургической помощи, хотя время полета Ми-8отгорода Печоры до села Приуральского составляет всего 20 минут. В это же время из-за напряженной ситуации в связи с весенним паводком в аэропорту Печоры в постоянной готовности стояли вертолеты МЧС. Но станция «Скорой помощи» не смогла воспользоваться помощью данной службы.
   Хочется знать, почему для того, чтобы добиться разрешения на взлет борта, нужно связываться с Сыктывкаром, Ухтой, Санкт-Петербургом? Почему нужно разрешение десяти человек, чтобы спасти жизнь? Почему фельдшер должен тратить драгоценное время на поиски диспетчера по санавиации, когда на такие экстренные случаи должен быть один контактный телефон — 03?
   Сколько стоит спасение жизни на селе?

В.Н. Дёмина, В.В. Дёмин,
Л. А. Панюкова, B.C. Ульнырова,
Е.И. Семяшкина, Т.В. Игнатова,
В.Н. Мезенцева, А.Ф. Лютых и другие.

Всего более 70 подписей»

   Это горькое письмо пришло в редакцию накануне праздника Победы, и оттого случившееся в Приуральском казалось ещё горше, ещё обидней и возмутительней. Поневоле приходили на память множество услышанных, прочитанных, увиденных в кино историй, когда в сложнейших условиях фронта или подполья к раненому всё-таки приходила помощь и человека спасали... Что же, за шесть с лишним десятилетий мира мы разучились помогать друг другу? Разучились ценить жизнь человеческую, меряя всё другими мерками? Кто же виноват в этом неспасении молодой жизни? Вопросы возникали один за другим.
   В первой инстанции, в которой я надеялась получить ответ, были немногословны. Тамара Станиславовна Киреева, главврач станции «Скорой помощи», объяснила, что, к сожалению, подготовка борта от них не зависит: медики были готовы к вылету. А организацией его занимается санавиация.
   Валентина Григорьевна Власова, фельдшер по приему и оформлению санзада-ний (в штате Печорской ЦРБ), к которой я обратилась, идя «по следу» попавших в беду сельчан, пояснила, что она «через семь минут была на месте» и, не мешкая, занялась организацией помощи: дала заявку в Сыктывкар, ведь нынче санавиация является подразделением МЧС и называется «Республиканский центр медицины катастроф». Валентина Григорьевна, по её словам, оперативно сообщила о вызове в этот самый центр катастроф, заполнила, как положено, все бумаги, да и потом названивала периодически. Но, увы, результат зависел опять-таки не от неё.
   От кого же и от чего? И при чем тут далекий от нас Санкт-Петербург, о котором упоминают в письме приуральцы?
   «Как при чем? — удивляется уже не раз сталкивавшаяся с этим нагромождением обязательных согласований В.Г. Власова. — Разрешение на вылет дает Северо-Западный федеральный округ, а не республика».
   «Хорошо хоть не президент», — поневоле подумал бы каждый. Ситуация для нормального человека кажется настолько абсурдной, что не сразу поверишь.
   Увы! Начальник Печорского летного отряда Сергей Владимирович Соловьев даже удивился моей неосведомленности: «Лет семь уже каждый рейс согласовывается с центром в обязательном порядке. Такой контроль за использованием воздушного пространства осуществляется по всей территории России. План вылета уходит по радиосвязи в Сыктывкар и С.-Петербург. Плановые вылеты мы, разумеется, согласовываем заранее, а санзадание — вылет внеплановый. Бесконтрольные, несогласованные вылеты у нас уголовно наказуемы. На согласование уходит не меньше часа. Данный санзвонок поступил к нам в 22.35. В 22.40 передали в Сыктывкар. Командир экипажа узнал о санзадании в 22.50. Экипаж был поднят и, несмотря на поздний час, оперативно прибыл на место. И пошло ожидание. В час ночи вылетели...»
   Как объяснил Сергей Владимирович, данный конкретный случай был усложнен еще и некоторыми другими факторами. Метеопрогноз был нелетный, на пределе возможного. Командир экипажа пошел в метеослужбу, анализировали вместе ситуацию, оценивали возможность вылета. Еще один момент. В Приуральском накануне площадка была затоплена, и там не было жаровен (емкостей, в которых разводят костры). По условиям ночного вылета это недопустимо. Правда, сельский глава оперативно решил этот вопрос: через 20 минут жаровни были установлены.
   «Вот всё это вместе и растянуло время...», — говорит Сергей Владимирович и добавляет: — При первоначальном нелетном прогнозе и неподготовленности площадки два часа — это немного».
   Два часа тут, час там... Ведь приуральцы, судя по письму, ждали спасительного вертолета не два часа, а три с половиной!
   Получается, что все действовали правильно и оперативно, а помощь опоздала.
   Или всё-таки не совсем всё было так, как могло бы быть, пусть даже и в условиях многочисленных согласований? Надеюсь, что по факту руководители соответствующих служб сочтут-таки необходимым провести служебное расследование, и точки над «i» будут расставлены.
   Что касается главной причины задержки санрейса — согласований со службами федерального округа. К сожалению, в последние годы всё больше и больше жизненно важных вопросов и сфер регламентируется центром. Центр сочиняет нам правила рыболовства, контролирует соблюдение экологического законодательства на объектах добычи и транспортировки нефти, отобрав это право у республиканских природоохранных служб... Оказывается, федеральный центр регулирует и санрейсы... А почему бы и нет, если никто на местах не возражает, если республиканские и местные власти всё это устраивает?!
   Может, хоть такие непоправимые ситуации, как эта гибель юноши из Приуральского, заставят задуматься и тех, кто подобные «ловушки» устраивает, и нас, терпеливо и безропотно переносящих все эти эксперименты.

Валентина СЕМЯШКИНА.

 

вернуться